АФАНАСИЙ КОПТЕЛОВ: СИБИРСКИЙ ПРЕЕМНИК А.М. ГОРЬКОГО

Дата: 
26 февраля 2016
Журнал №: 
Афанасий Лазаревич Коптелов – писатель, публицист, талантливый очеркист, исследователь

В прошлом номере мы писали о становлении литературы и журналистики в Сибири и рассказывали о начале творческого пути Афанасия Лазаревича Коптелова – писателя, публициста, талантливого очеркиста, исследователя, человека, которого по праву можно назвать преемником великого русского писателя Максима Горького. В этой статье мы продолжаем раскрывать читателю МР малоизвестные факты истории…

Окончание. Начало в № 54

Текст: Михаил Коптелов

В редакции «Сибирских огней». А.Л. Коптелов крайний справа в нижнем ряду. 1932 г.

В 1929 году вышел первый роман А.Л. Коптелова «Новые поля», описывающий коллективизацию в деревне. Редактировал текст романа Вивиан Азарьевич Итин (1894–1938), начинавший свой литературный путь как поэт, принадлежавший к плеяде Серебряного века. Он-то и посоветовал Афанасию начать писать стихи для улучшения литературного стиля его прозы. Публикаций стихов у Коптелова никогда не было, но в дальнейшем своём творчестве переводы стихов с алтайского языка у него были, и в поэзии он разбирался очень хорошо.

В 1931 году в «Сибирских огнях» появилась приключенческая повесть «Первый рейс», в которой автор очень достоверно отобразил аварийную посадку самолёта на болото – это событие произошло на самом деле при выполнении одного из рейсов на самолёте «Сибревком». И в этом же году в нескольких номерах «Сибирских огней» был опубликован второй роман Коптелова «Светлая кровь», посвящённый строительству Турксиба, самой большой стройке первой пятилетки – железной дороги, связывающей Новосибирск с Алма-Атой и Ташкентом. Этим романом Коптелов вышел за рамки писателя-«деревенщика» и удостоился премии имени А.М. Горького, учреждённой Запсибкрайисполкомом. Такую же премию получил В.А. Итин за очерки, посвящённые Арктике и Северному морскому пути. Премию А.М. Горького получили также И.А. Мухачёв и П.В. Кучияк.

Во второй половине июня 1934 года в Новосибирске состоялся съезд писателей Западной Сибири, который в связи с новым административным делением стал называться первым. Очень важным на нём был доклад В.А. Итина о журнале «Сибирские огни». За год до этого А.М. Горький прислал Итину письмо, в котором писал: «Очень рад узнать, что «Сибирские огни» снова разгораются и ярко, уверен, что это так и будет». До этого съезда журнал едва насчитывал полторы тысячи подписчиков, а к 1934 году тираж поднялся до 7 тысяч. Центральным пунктом последнего дня съезда был доклад А. Коптелова и П. Кучияка о национальной художественной литературе Ойротии (Горный Алтай) и Хакасии. Главным в содержании доклада было: рождение из устного литературного творчества народов этих областей письменной национальной литературы.  

На съезде было избрано краевое правление Союза советских писателей Западной Сибири. В него вошли В.А. Итин, Н.А. Кудрявцев, А.Л. Коптелов. Кандидатами избраны Н.В. Алексеев и К.Н. Урманов. Были избраны и делегаты на Первый Всесоюзный съезд писателей, который открылся 17 августа 1934 года в Колонном зале Дома Союзов Москвы. На круглых блестящих колоннах размещены портреты Пушкина и Руставели, Тараса Шевченко и Льва Толстого, Некрасова и Салтыкова-Щедрина. Много других дорогих имён – цвет нашей классической литературы. Даже интерьером зала подчёркивалось, что фундаментом советской литературы являются русская классическая литература и национальная классическая литература республик, входящих в состав СССР. А.М. Горький открыл съезд: «Свободная литература стала служить не пресыщенной героине, не скучающим и страдающим от ожирения «верхним десяти тысячам», а миллионам и десяткам миллионов трудящихся, которые составляют цвет страны, её силу, её будущность». Горький придавал большое значение развитию литературы в краях и областях: «Нам необходимо обратить внимание на литературу областей, особенно Восточной и Западной Сибири, вовлечь её в круг нашего внимания, печатать в журналах Центра, учитывать её значение как организатора культуры».

Съезд продолжался 16 дней. Закрывая съезд, обращаясь к писателям, А.М. Горький подчеркнул: «Литература есть дело, а в нашей стране, в наших условиях – даже великое дело». После съезда Горький пригласил к себе сибиряков. Вот как вспоминает об этой встрече Коптелов: «Ранним утром 3 сентября мы приехали в небольшой особняк по Малой Никитской улице. … Алексей Максимович встал, сделал два шага нам навстречу и всем пожал руки. Съезд утомил его. На лице была заметна усталость. Казалось, что морщины стали ещё глубже и резче. … Но и тогда он казался бодрее, крепче, моложе, чем на некоторых портретах того времени. Мы сели к столу… Алексей Максимович расспросил сибиряков о впечатлениях от съезда. А когда речь зашла о журнале «Сибирские огни», Горький посоветовал:

«Кочевье в горах». Г.И. Гуркин

– Вам нужно увеличить объём журнала. – И тут же спросил: – А бумажная фабрика у вас есть?

– В Восточно-Сибирском крае запроектирована постройка комбината, – сообщил кто-то из иркутян.

– Комбинат – это долго. Вам следовало бы небольшую фабрику быстренько построить. Лесу у вас много, а бумажной фабрики до сих пор нет. Плохо.

Упомянули о книжной выставке к съезду, на которой не оказалось ни одной книги, изданной в Сибири.

– Краевая литература – большое культурное дело, заметил Алексей Максимович. – В Москве некоторые ещё не понимают этого. Надо подымать краевую литературу.

– Приехали бы к нам, Алексей Максимович. Вы ведь давно собирались побывать в Сибири.

– Собирался… А теперь как мне ехать?.. Сердце… – Он на секунду приложил руку к груди. – Плохо работает… Подводит иногда. В Колонный зал подымался с отдыхом – тяжело.

Сибиряки упомянули о желании издать в Москве сибирский альманах.

– Я буду помогать, – отозвался Горький. – Поговорю с издателями. А вы там, на месте, двигайте дело, давайте материал…

– Край у вас многоязыкий. Вы, сибиряки, должны помогать писателям малых народностей…

Когда мы уходили, он крепко пожал всем руки и проводил до двери. Мы верили, что голос Буревестника долго будет греметь над миром. Мы надеялись на будущую встречу, может быть, в Сибири».

Никто тогда не предполагал, что эта встреча Горького с сибиряками в таком представительном составе будет последней. По существу, она явилась передачей эстафеты на последнем этапе от классика русской литературы талантливым писателям Сибири. Заданным Горьким лейтмотивом прошедшего всесоюзного собрания писателей можно считать слова Омара Хайяма: «Если я гореть не буду, если ты гореть не будешь, если мы гореть не будем – кто тогда развеет тьму?!».

Горькому приходилось не раз спасать людей от большевистского Молоха. Для всей отечественной литературной среды он был уникальным явлением. Ни до, ни после него никто не обладал таким большим авторитетом у власть предержащих. Для писателей новой волны Горький был мощным «лифтом» от самого низа до самого верха, разрешая практически все их нужды. Горького справедливо называют «человек-титан», сравнивают с Прометеем, отождествляют с его же легендарным персонажем Данко – горящее сердце.  

Наказ А.М. Горького о помощи писателям малых народностей Сибири был близок деятельности А.Л. Коптелова. Алтайцы привлекли внимание Афанасия ещё по его переезду в Бийск в 1925 году. «Они приезжали на небольших мохнатоногих лошадях, одетые даже летом в дублёные шубы и лисьи шапки с яркими шёлковыми кисточками… О них хотелось знать елико возможно больше, и я перечитывал всё, что написано об этом крае литераторами и географами, экономистами и статистиками, историками и географами». Среди алтайцев различают около десяти этнических групп, говорящих на своих наречиях, иногда похожих: теленгиты, телесы, телеуты, уланы, тубалары, кумандинцы, челканцы (лебединцы), шорцы. Тубаларов, кумандинцев, челканцев и шорцев принято называть северными алтайцами, до революции их ещё называли «черневые татары». Кроме того, на Алтае проживали осевшие при миграции на запад в XVII веке выходцы из Западной Монголии, которых называли калмыками; в отличие от остальных алтайцев, говорящих на тюркских наречиях, калмыки говорили на монгольском языке. Всех алтайцев в целом ещё называют ойроты, так они именуют себя сами. Отсюда название Горного Алтая – Ойротия, и его административного центра – Ойрот-Тура (прежнее название Улала, последующее – Горно-Алтайск). А.Л. Коптелов изучал ещё и сибирские народности, проживающие восточнее Алтая: хакасов, тофаларов, селькупов, тувинцев.

Помимо непосредственного наблюдения и общения, исследовательская работа А.Л. Коптелова включала в себя изучение трудов и статей учёных по алтайской теме. Первым крупным отечественным исследователем Алтая был Григорий Иванович Спасский (1783–1864). Он занимался этнографией Алтая, описал залежи многих полезных ископаемых, собрал большие сведения о животном мире (в частности, о расселении тигра на Алтае), вёл обширные археологические исследования. Затем были труды П.А. Чихачёва, возглавлявшего самую крупную экспедицию XIX века на Алтай (1842). Афанасий Лазаревич был знаком и с трудами протоиерея Василия Вербицкого (1827–1890), сочетавшего своё служение в Алтайской духовной миссии нашей церкви с научной работой. Среди трудов Вербицкого была «Краткая грамматика алтайского языка» (1869) и «Словарь алтайского и аладагского наречий тюркского языка» (1884). Большие этнографические исследования провёл В.В. Радлов (1837–1918), тюрколог, академик, выпустивший в 1861 году свой труд «Образцы народной литературы тюркских племён». Среди учёных – исследователей Алтая Коптелов упоминает также А.В. Анохина (1869–1931), этнографа, композитора, просветителя, основоположника профессиональной музыки алтайцев, написавшего и научную работу – «Материалы по шаманству». А.В. Анохин был другом знаменитого алтайского художника Г.И. Гуркина (1870–1937), представителя алтайского рода Чорос и потомка теленгитского хана Конная. Анохин уговорил молодого алтайского художника учиться живописи в столице и сопровождал его в поездке в Санкт-Петербург, где Г.И. Гуркин профессионально учился живописи у широко известного художника-пейзажиста И.И. Шишкина. Афанасий Лазаревич был лично знаком с Г.И. Гуркиным, бывал у него дома, видел многие его картины. А.Л. Коптелов был хорошо знаком и с другим замечательным художником-алтайцем Николаем Ивановичем Чевалковым (1892–1937), работавшим учителем рисования в Ойрот-Туре. Также бывал у него в доме, стоявшем на берегу речки Улалушки. Н.И. Чевалкова называли алтайским Гогеном. Почти все картины этих двух художников посвящены Алтаю и алтайцам.

В 1935 году А.Л. Коптелов закончил вторую часть своего большого романа «Великое кочевье», работе над которым предшествовало длительное и глубокое изучение Горного Алтая и жизни алтайцев. Заготовками к роману были очерки «Золотые горы», «Горными тропами», «Улу-Байрам». В романе писатель ярко нарисовал переход алтайцев от кочевой жизни к осёдлости. Это был процесс, начавшийся ещё до революции. Советская власть форсировала его и привела к завершению. При этом алтайские народы не потеряли свои культурные традиции и самобытность. Главными героями произведения являются положительные персонажи молодые алтайцы Ярманка и Яманай, а также старший брат Ярманки Борлай Токушев и отрицательный персонаж бай Сапог Тыдыков – собирательный образ алтайских богатеев, но основным его прообразом был бай Аргамай Кульджин, с которым Коптелов встречался в Рахмановских ключах. «Великое кочевье» – любимое детище А.Л. Коптелова. Писатель несколько раз вносил исправления и перерабатывал его. На Втором Всесоюзном съезде советских писателей (1954) роман «Великое кочевье» был назван в докладе К.М. Симонова в почётном списке широко популярных книг в Советском Союзе. Этот роман переиздавался несколько раз в Сибири, в Москве и за рубежом. Он переведён на алтайский, чешский, немецкий и испанский языки.

Алтайскому эпосу и сибирскому фольклору, сказкам и стихам посвящён ряд произведений А.Л. Коптелова в виде переводов и сборников, в которых писатель является составителем и литературным обработчиком. Это «Кан-Сулутай», «Ай-Толай», «Сказки народов Сибири», «Сибирские сказки» (алтайские, тофаларские, тувинские, хакасские), «Серебряная книга», «Голос Горного Алтая», «Песни голубых долин». За работу по собиранию алтайского эпоса, выявлению алтайских писателей и переводу их произведений на русский язык А.Л. Коптелов удостоен ордена «Знак Почёта».

В 1933 году девять альпинистов под руководством заслуженного мастера альпинизма Виталия Михайловича Абалакова (1906–1992) совершили успешное восхождение на восточную вершину Белухи, первое при советской власти и второе в истории после братьев Троновых в 1914 году. В отличие от их пути, Абалаковым был выбран более трудный и рискованный маршрут – траверс Аккемский ледник – гребень Делонэ – пик Делонэ – Восточная вершина Белухи – седло – ледник Геблера. Восхождение осложнялось плохой погодой: отсутствие видимости, буран, гроза. Альпинисты не имели примусов и спиртовок, питались всухомятку, воду растапливали в руках или на солнце. Имели место срывы связок и попадания в ледяные трещины. Впервые в истории на вершине Белухи побывали четыре женщины.

«Гора Белуха». Г.И. Гуркин

В 1935 году началась альпиниада. Целью большой экспедиции определили Белуху, создали в Новосибирске штаб и назначили руководителя альпиниады – Ивана Ивановича Долгих, человека богатырского роста, кавалера ордена Красного Знамени, имевшего опыт горных походов. Во время Гражданской войны его большой отряд совершил на Алтае труднейший переход через заснеженный Теректинский хребет с толщиной снежного покрова два метра. На этом переходе отряд потерял четырёх бойцов и очень много лошадей. Руководителем группы альпинистов был назначен заслуженный мастер альпинизма Даниил Иванович Гущин, начальником штаба – Андрей Иванович Скляр. А.Л. Коптелов был зачислен участником альпиниады как человек, имеющий опыт горных походов и хорошо знакомый с районом путешествия. Кроме того, он был наделён полномочиями и обязанностями литератора и журналиста, освещающего это выдающееся событие в печати.

Д.И. Гущин обладал очень большим альпинистским опытом. Незадолго до альпиниады он участвовал в зимнем восхождении на Эльбрус с покорением обеих его вершин. Обеспечение группы не соответствовало сложности поставленной задачи: неподкованные ботинки участников, одна пара кошек на связку, минимум продуктов. Физическое перенапряжение привело к трагическому событию: на седле Эльбруса умирает руководитель группы председатель московской альпсекции А. Гермогенов – не выдержало сердце. Спускать его вниз взялись наиболее подготовленные альпинисты в группе – Гущин и Евгений Абалаков, младший брат Виталия. Впереди была зона трещин. Труп Гермогенова сорвался и, летя вниз, сорвал Абалакова. Гущин затормозил на самом краю трещины, куда слетели Гермогенов и Абалаков, и успел схватить Евгения за руку. Но сам медленно сползал вниз. А дальше как кадры из фильмов – довод о том, что если они втроём окажутся в трещине, то их не найдут никогда, перерезанная верёвка, Гермогенов, а за ним Абалаков летят в трещину. Евгению удаётся зацепиться за выступ, и он достиг дна трещины живым. Так они и провели эту кошмарную ночь: Гущин, залезший головой в рюкзак, – наверху, Абалаков с трупом Гермогенова в одном мешке – внизу. Утром подоспевшие ребята из группы помогли вытащить их из трещины, и злополучный спуск был завершён.

Так что руководители альпиниады очень хорошо понимали значение оснащения и обеспечения экспедиции для успешного завершения дела. Снабжение и обеспечение её было беспрецедентным. Экспедиции были приданы два самолёта, грузовики, 122 лошади, три врача, медики с обширным запасом лекарственных средств, выделены радисты с рациями, фото- и киноаппаратура, новенькие ледорубы, альпснаряжение, инструменты и экипировка участников. Продуктовое обеспечение также было на высоте. В составе экспедиции были геологи, картографы, ботаники, метеорологи, медики, шофёры, рабочие и командиры Красной армии.  

Отметим, что гора Белуха характеризуется частыми небольшими землетрясениями, вызывающими камнепады, лавины и образующими трещины во льду. С Белухи сползают шесть больших долинных ледников: на юг – ледник Геблера, или Катунский ледник (13 км2), на север – Аккемский ледник (10 км2), на северо-запад – ледник Мушту-Айры (12,5 км2), на северо-восток – ледник Мен-Су (16 км2), на юго-восток – Больше-Берельский ледник (14 км2), от Западной вершины спускается к долине Катуни ледник Чёрный (3 км2). Всего же вместе с более мелкими ледниками с Белухи спускаются 32 ледника. По самым скромным подсчётам, здесь залегает около 10 миллиардов тонн льда и снега. Алтайцы называют Белуху Катун-Баш, что значит голова Катуни, так как исток реки находится в основании Катунского ледника. Для алтайцев эта гора священна, она считается обиталищем горных духов, и подъём на неё грозит смельчакам смертью, поэтому алтайцы на неё никогда не восходили. А.Л. Коптелов вёл дневник альпиниады, он послужил основой для его большого очерка «Восхождение на Белуху», опубликованного в составе книги «По родному краю».

Последняя запись в дневнике руководителя изыскательной группы А.М. Кошурникова, сделанная 3 ноября 1942 г.

В Новосибирске возле редакции газеты «Советская Сибирь» 18 июня 1935 года состоялся парад участников альпиниады, а на следующий день в полдень группа была уже в Бийске. 7 июля участники альпиниады начали подъём на седло. Шли связками. В 12 часов первая связка подошла к южному склону седла (3900 м). Седло походит на долину, покрытую снегом и приподнятую к северу. На востоке и западе на 600 метров возвышаются гребнеобразные вершины. Гущин прочёл список товарищей, которые пойдут на Восточный пик. В лагере, разбитом на седле, стало сразу шумно. Одни прыгали от радости, другие хмурились. «Вершинники» в палатках разжигали примусы. «Седловики» обедали всухомятку. У некоторых участников появились признаки горной болезни, причиной которой является недостаток кислорода: апатия, тошнота, головокружение.

В итоге альпиниады 84 человека взошли на седло Белухи, в том числе 8 алтайцев. На Восточную вершину Белухи взошли 43 участника, в том числе 2 алтайца. Легенда о неприступности «священного» алтайского олимпа была разрушена. Литературный отчёт об этой экспедиции нашёл своё отражение в художественном произведении писателя – повести «Снежный пик», неоднократно переиздававшейся.

В 1941 году вышел из печати роман «На-гора», в котором Коптелов повествует о строительстве Кузбасса, о его лучших людях. В «Сибирских огнях» появилась новая рубрика: «Записки бывалых людей». Под этим заголовком печатались статьи и зарисовки людей, очень близких по духу Афанасию, поскольку авторы были в основном, как и он, землепроходцы, любившие свою родную землю. В канун войны в редакции состоялось совещание, куда были приглашены такие люди. Был среди приглашённых и Александр Михайлович Кошурников (1905–1942), опытный инженер-изыскатель «Сибтранспроекта», первопроходец многих нехоженых путей для прокладки будущих железных дорог, герой написанного А.Л. Коптеловым впоследствии очерка «Дневник А.М. Кошурникова» и повести «Навстречу жизни».

Наступило лихолетье Великой Отечественной войны. Афанасий Лазаревич выезжал на фронт, сопровождая посылки и подарки, собранные земляками для воинов-сибиряков. Из-под пера писателя вышли рассказы, собранные в сборник «Родная кровь», и очерки под заглавием «Наши земляки». В 1945 году в журнале «Сибирские огни» напечатана первая часть незаконченного романа Коптелова «Когда ковалась победа». Афанасий Лазаревич бал награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

После битвы за Москву и Сталинградской битвы уверенность в нашей победе была у подавляющего большинства русских людей. Руководство страны приняло решение о начале строительства новых железнодорожных трасс внутри страны. Проектному институту «Сибтранспроект», размещавшемуся в Новосибирске, было поручено произвести изыскания для проектирования железнодорожной трассы Абакан – Нижнеудинск. Руководителем изыскательской партии был назначен инженер-изыскатель Александр Михайлович Кошурников. Партия была небольшой – три человека. В состав группы вошли вчерашние студенты Алексей Журавлёв и Константин Стофато. Из-за бюрократических проволочек выход экспедиции на маршрут недопустимо затянулся до начала октября 1942 года.

Из Нижнеудинска в Тофаларию группа добралась самолётом и лошадьми. Дальше их маршрут протяжённостью 232 км проходил по ненаселённой местности через перевал Восточно-Саянского хребта по седлу Иден-Кишта к верховью Казыра и по реке Казыр до его среднего течения. Изыскатели прошли по этому пути 180 км, из них 36 км на оленях, около 100 км на плотах, остальное пешком, отмечая пикеты, проводя визуальную съёмку, гидрологические, геологические, топографические наблюдения и замеры, выверяя карту. Они преодолели пять основных порогов Казыра, при сплаве построили шесть плотов и вышли в предгорную часть на равнинный участок реки, затратив на это 25 дней. Пешему продвижению по маршруту препятствовали бездорожье, повсеместный бурелом и колодник, наличие покрова из мокрого снега глубиной 70–80 см, поэтому группа была вынуждена продвигаться на плотах от одного ледяного перехвата участка реки до другого. Накопилась усталость, и все участники экспедиции обессилели; усугубляла тяжёлое состояние плохая экипировка и практически полная изношенность одежды и обуви.

«Телецкое озеро». Г.И. Гуркин

2 ноября 1942 года на расстоянии 52 км от ближайшего жилья, ниже впадения реки Базыбай и выше впадения реки Нижний Китат, произошла катастрофа. Погибли Костя и Алёша. Последние записи в дневнике А.М. Кошурникова, сделанные 3 ноября 1942 года:

«...Плот задёрнуло под лёд, и Костя сразу ушёл вместе с плотом. Алёша выскочил на лёд и полз метров 25 по льду с водой. К берегу добиться я ему помог, но на берег вытащить не смог, так он закоченел наполовину в воде. Я иду пешком. Очень тяжело. Голодный, мокрый, без огня и без пищи. Вероятно, сегодня замёрзну».   

Поиски пропавшей экспедиции по горячим следам ничего не дали. Наступившая зима сделала их бесполезными. Только через год местными жителями было обнаружено тело Кошурникова вместе с полевой сумкой с документами.

А.Л. Коптелов подготовил к публикации дневник А.М. Кошурникова, исключив из него геологические и топографические данные, и в 1946 году этот потрясающий документ, свидетельствующий о мужестве и верности долгу участников экспедиции, был напечатан в журнале «Сибирские огни», в № 1. Этому трагическому событию впоследствии была посвящена повесть писателя «Навстречу жизни» (1948). Поскольку это уже было художественное произведение, Коптелов ввёл в сюжет повести дополнительную женскую линию и изменил реальные имена. Александр Михайлович Кошурников в повести выведен под именем Андрея Михеевича Кожухова. Алексей Диомидович Журавлёв стал Георгием Журовым, а Константин Аристидович Стофато выведен как Николай Стахеев. Река Казыр получила название Ургул. Главный герой повести наделён всеми реальными качествами своего прообраза, А.М. Кошурникова: верность долгу, честность, бескорыстие, целеустремлённость, жизненная энергия и самоотдача.

В 1950 году выходит книга очерков А.Л. Коптелова «По родному краю», где следом за большим очерком «Восхождение на Белуху» напечатан небольшой очерк «Золотое озеро». Он посвящён очередной жемчужине Алтая – Телецкому озеру. Алтайцы зовут его Алтын-коль, а название Телецкое пошло от именования алтайского племени телесы, ранее в основном населявшего берега озера. В очерке Коптелов с любовью описывает одно из самых живописных мест Алтая, приводит его географические и другие интересные данные. Из этого озера в северной его части истекает река Бия, образующая вместе с Катунью крупнейшую реку Сибири – Обь. Профессор В.В. Сапожников отмечал, что «эта сибирская красавица весьма напоминает синюю Рону в том месте, где та вытекает из Женевского озера». Самая крупная река, впадающая в Телецкое озеро, – Чулышман (по-старому Чолушман), устье её расположено на юге озера. Телецкое озеро вытянуто с юга на север, его длина – 77,7 км, максимальная ширина – 5 км, средняя – 3 км, площадь водной поверхности – 223 км2. Озеро расположено на высоте 473 м над уровнем моря. Его максимальная глубина – 325 м напротив красивого водопада Корбу, средняя глубина – 175 м. Ветры дуют вдоль озера. С юга – «верховка», с севера – «низовка», она гонит волну. А ещё бывает ветер «шуурган», очень сильный, он тоже дует снизу, от Бии. Вода при нём идёт стеной, местные жители говорят, высотой с амбар. Рыбы Телецкого озера: таймень, небольшой телецкий сиг, хариус, промыслового значения не имеют. Недалеко от устья Чулышмана, к востоку от Телецкого озера возвышается вершина Алтын-Туу – Золотая гора, её высота 2361 м, она самая высокая из обрамляющих озеро гор. На восточных берегах озера находится Алтайский государственный заповедник. Его центр – село Яйлю, расположено в середине восточного берега Телецкого озера. 

В 1953 году Афанасий Коптелов награждается орденом Трудового Красного Знамени за развитие литературы Сибири и Алтая, а в1956-м публикует роман «Сад». Ему предшествовали очерки «Рождение садов», «Минусинское яблоко» и «Алтайский кудесник». И главным героем этих очерков и прообразом героя романа явился Михаил Афанасьевич Лисавенко, выдающийся мичуринец, позднее академик ВАСХНИЛ, Герой Социалистического Труда. Именно он создал садоводство в Сибири, вывел много новых сортов яблонь и ягодных кустарников. Главным новшеством сибирского садоводства, обеспечивающим морозостойкость плодовых деревьев, стали стелющиеся яблони, так называемые стланцы, плодоносящая крона которых находится в пределах полуметра над почвой. Так, для сибирских условий были приспособлены даже такие теплолюбивые сорта, как «Апорт» или «Мельба».

Афанасий Лазаревич вырастил и свой сад в окрестностях Новосибирска – у Коптеловых был дом с участком земли в пригороде, на станции Издревая. Дом стоял на высоком берегу реки Ини – это правый  приток Оби, с прекрасным обзором излучины реки. Здешнее поселение – «Из древа я» – известно с 1773 года. В этом загородном доме и была творческая мастерская писателя А.Л. Коптелова. И любимый сад. Там росли и отлично плодоносили морозостойкие сорта яблонь: штамбовые (то есть обычные) формы столовых ранеток – китайских яблочек, приличных вкусовых качеств «полукультурка», стелющиеся яблони. Рос и плодоносил виноград, правда, кислый. Приносили хороший урожай практически все виды ягодников средней полосы России. Были в саду и деревья: молодые дубки и кедры, на которых тут же поселились белки. Особая тема – цветы, которые Афанасий Лазаревич очень любил. Святитель Лука Войно-Ясенецкий назвал цветы «немая проповедь душевной чистоты». Каких только цветов не было в саду Коптелова: тут вам и тюльпаны, и пионы, и флоксы, и розы, и георгины, и астры, и коллекция гладиолусов всяких расцветок и оттенков, и различные бордюрные цветы! Опыляли растения пчёлы – у писателя в саду стоял с десяток ульев: и мёд к столу, и лечебное средство. Собаки у Афанасия Лазаревича были всегда до последних его дней: умница английский сеттер Рона, большой пушистый белый шпиц Казбек, белая медвежатница Айка, смешной большой и добрый Каштан, маленькая комнатная собачка Чапа. Афанасий Лазаревич дружил с издревинской школой № 161, знал некоторых учителей и школьников, изредка захаживал в школу или приглашал к себе, с гостями беседовал и чаёвничал.

В 1958 году А.Л. Коптелов совершил свою первую поездку за рубеж на теплоходе «Победа» в составе делегации советских писателей. Это был круиз по Балтике и Северному морю с заходом в столицы всех североевропейских стран. Начало и окончание путешествия – порт Ленинград. Об этом путешествии писатель рассказал в книге «По путям-дорогам Европы», представляющей туристические очерки об архитектуре, живописи, исторических местах европейских стран.

В 1968 году в Новосибирске была издана небольшая книжка А.Л. Коптелова «Итальянская осень. Воспоминание об одной поездке». В ней Афанасий Лазаревич рассказал о воплощении своей юношеской мечты – путешествии в Италию. Он объездил в этой стране много мест: и поездом, и на автобусе, и на теплоходе. Побывал и в горьковских местах: на Капри, в Сорренто. Увидел Рим, Неаполь, Помпеи, Флоренцию, Венецию, побывал на Сицилии, посетил Сиракузы и Катанию. Одна встреча была особенно замечательной. Коптелов вместе со своим другом поэтом Василием Михайловичем Пухначёвым (1910–1982) побывал в гостях у знаменитого итальянского писателя Джанни Родари (1920–1980), автора широко известной сказки «Приключения Чипполино». В нашей стране также известны его сказка «Джельсомино в стране лжецов», стихи и рассказы. Друзья рассказали Родари о Сибири, Алтае, Родари заинтересовался. Гости подарили итальянскому писателю книгу «Сибирские сказки» и пластинку с песнями Алтая. Жена Родари Мария Тереза включила радиолу, поставила пластинку – и зазвучали в Риме алтайские песни. Хозяевам понравился визит сибиряков – коллег по профессии, и расстались они настоящими друзьями.

В 1960-е писатель воплощает в жизнь мысль о написании романа о жизни вождя революции в сибирской ссылке. В 1963 году выходит первый роман о В.И. Ленине – «Большой зачин», в 1969 году издаётся второй – «Возгорится пламя», в 1978 году – третий роман А.Л. Коптелова о вожде Советского государства «Точка опоры». Эти произведения связаны между собой и образуют трилогию. Трилогия охватывает временной период с 1894 по 1905 годы. Рубеж ХХ века был богат на политические события: тут и «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», и создание РСДРП. Как всегда, написанию романов предшествовала очень большая исследовательская работа: автор изучил архивы, письма действующих лиц, неоднократно выезжал за границу с целью изучения библиотечных архивов в других странах. Тексты романов протокольно точны. За роман «Точка опоры» Афанасий Коптелов в 1979 году удостоен Государственной премии СССР.   

Литературное мастерство А.Л. Коптелова созрело в журналистской среде. Всестороннее познание жизни, необходимое для создания художественных произведений на разные темы, он получал через профессиональную журналистскую деятельность. Об этом говорил и Горький – о молодых писателях, которые придут в литературу через газеты. Вся творческая жизнь А.Л. Коптелова была связана с толстым литературным журналом «Сибирские огни». Финансовое обеспечение толстых журналов требует особого подхода и проявления изобретательности. Это и имел в виду А.М. Горький, когда говорил о необходимости иметь свою бумажную фабрику… Отличительной чертой А.Л. Коптелова стала искренняя любовь к родной земле, и это была, как сказал М.А. Волошин, «нежадная к земле любовь». А.Л. Коптелов ценил свою прекрасную малую Родину и следовал жизненному принципу «где родился, там и сгодился».

Афанасия Лазаревича не стало 30 октября 1990 года. Он похоронен на кладбище села Барышево Новосибирской области.

Литературная библиография А.Л. Коптелова насчитывает свыше 50 произведений, в том числе 9 романов.