ВЫХОД ИЗ КРИЗИСА ГЛОБАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЛАЗАМИ ГЛОБАЛИЗАТОРОВ

Дата: 
22 ноября 2019
Журнал №: 
Рубрика: 

О новой парадигме развития на принципах равновесия и баланса между природой и человеком и возможностях предотвратить планетарную катастрофу, предлагаемых экспертами Римского клуба, ― в материале доктора исторических наук, политолога Тамары Гузенковой.

Текст: Тамара Гузенкова

Либеральный космополитизм в борьбе за идейное лидерство
Римский клуб (РК), созданный в апреле 1968 года и объединяющий представителей мировой политической, финансовой, культурной и научной элиты, позиционирует себя в качестве мозгового центра, который формирует и транслирует глобальную повестку дня. Эта традиция заложена первым докладом «Пределы роста» (авторы Донелла и Денниc Медоуз, Йорген Рандерс, Уильям Беренс III, 1972 год), в котором излагались результаты компьютерного моделирования зависимости неконтролируемого демографического роста и истощения природных ресурсов. Основной посыл работы состоял в облачённом в математические расчёты прогнозировании необратимой деградации человеческой цивилизации вследствие утраты контроля над текущими тенденциями роста. В числе основных мер контроля называлось активное ограничение рождаемости на уровне естественной убыли.

Доклад «Come On!» («Давай же!»), написанный в 2017 году двумя президентами клуба Эрнстом фон Вайцзеккером и Андерсом Вийкманом, сохранил как идейную, так и прогностическую преемственность. В преамбуле отмечается, что центральная идея о лимите жизненных ресурсов сегодня так же актуальна, как и в 1972 году, и мир снова в критической ситуации: человечество стремительно движется в ложном направлении, «ведя корабль под названием планета Земля к разрушению».

Пессимистический тон доклада — не самоцель авторов, особенно если учесть, что устрашающие прогнозы в течение 40 лет так и не возымели должного эффекта на легкомысленное человечество. Намного важнее другая задача: «бросить вызов устоявшемуся порядку», предложить  оптимистическую «дорожную карту», показать, как «некоторые смелые люди, компании или государства действуют уже сейчас» и пригласить к совместным действиям всех, кто разделяет идеологию доклада «Come on!».

Сетевой подход к глобальному управлению
Преодолеть глобальный кризис и привести к формированию планетарной цивилизации поможет, по замыслу авторов, переход к новой повестке. Среди её пунктов: альтернативная (ресурсо- и природосберегающая) экономика, интегральное образование, холистическое (целостное) мировоззрение и управляемая демография. В качестве основополагающих принципов: ответственный глобализм и устойчивое развитие. В интересах последнего авторы настаивают на пересмотре «философии» превосходства национального государства в пользу укрепления механизмов глобального управления, главный общепризнанный институт которого — система ООН. Они прямо заявляют, что в современных условиях национальный суверенитет — не более чем досадное препятствие и даже отягчающее обстоятельство в деле создания общемировой цивилизации. Возрастание интенсивности и масштабов наднационального сотрудничества является императивом устойчивого развития. При этом поддержка со стороны национальных государств, гражданского и бизнес-сообщества текущей политики глобального управления сегодня недостаточна. В условиях «полного (читай: переполненного) мира» на первый план выдвигаются новые проблемы и новый класс задач в области устойчивого развития на период до 2030 года.

Признавая наличие проблем в функционировании ООН, эксперты считают, что реформирование этой организации в настоящее время едва ли целесообразно. Более эффективным им представляется иной вариант: «подпереть» ООН со стороны не входящих в неё международных структур и организаций, из числа тех, кто способен помочь глобальной координации политики, направленной на достижение 17 целей устойчивого развития (ЦУР).

«Великий переход» позиционируется как амбициозный глобальный проект, нацеленный на распространение экологического мировоззрения и соответствующей ему практики. Его цель — формирование «единого человечества». Согласно принципу П. Раскина, международная торговля и экономический оборот могут быть стабилизированы за счёт ограничения расточительного потребления и снижения плотности (читай: численности) населения.

Авторы выделяют, по крайней мере, три иерархических уровня организаций, способных проявить себя в сфере глобального управления.

Философско-мировоззренческий уровень. В качестве удачного примера упоминаются две международные организации, демонстрирующие различные, но взаимодополняющие подходы к глобальному управлению и международной кооперации. Это Всемирный совет будущего (World Future Council — WFC) и «Великий переход» (Great Transition) Пола Раскина. Эксперты РК выделяют разработанный WFC план действий в глобальной политике (Global Policy Action Plan — GPACT), направленный на обеспечение «мира, безопасности, достоинства, равенства и климатической стабильности». Они предлагают людям и ассоциациям, вовлечённым в глобальное управление, добиваться общественного признания философии GPACT.

В докладе представлен ещё один проект. Это «Модель сосуществования национальных государств» (COHAB: Cohabitation Mode of Nation State) Герхарда Книса, члена РК из Германии, автора работы «Модель жизнеспособного мира для 11 миллиардов живущих и будущих поколений». Он предлагает пять этапов достижения COHAB. Конечный результат — создание альянса жизнеспособного мира, в котором человечество будет представлять единое целое, а не набор 200 независимых и часто конкурирующих национальных сообществ.

Авторы признаются, что такая модель пока остаётся мечтой, что не исключает в более отдалённой перспективе замены системы ООН на множество специализированных агентств, наделённых правом использовать механизм санкций в разрешении глобальных проблем. План выживания не предполагает наличия глобального правительства. Вместо этого предлагается выработать правила и кодексы совместного проживания, которые заменят устав ООН. Справедливости ради следует отметить, что, характеризуя эти этапы, Г. Книс воздерживается от указаний сроков, хотя и так всё выглядит довольно фантастично.

Конкретно-целевой уровень. Конкретные задачи общего характера определяются «Повесткой дня ООН‑2030» с её 17 ЦУР. В числе приоритетных в докладе оказались вопросы борьбы с глобальным потеплением, вызванным антропогенными факторами, а также предотвращение непредсказуемых рисков технологических инноваций, в частности, в области синтетической биологии, геоинженерии и искусственного интеллекта.

Важное место занимает описание опыта деятельности структур или организаций, которые могли бы стать прообразом модели сотрудничества в будущем. Предпочтение отдаётся сетевым, имеющим широкий межстрановой и интерконтинентальный ареал распространения. В качестве примера приводится Международная организация по кофе (МОК), объединяющая страны–экспортёры и импортёры кофе и демонстрирующая образец создания социального капитала в рамках многостороннего сотрудничества, воплощённого в диалоге между гражданским обществом, правительством и бизнесом.

В целом глобальное управление рассматривается с позиций жёсткого экологического детерминизма, воплощаемого в продвижении общемировой политики устойчивого развития. Её базовыми направлениями остаются: сдерживание демографического, а в ряде случаев и экономического роста; внедрение возобновляемой (зелёной и альтернативной) экономики; замораживание добычи и использования невозобновляемых природных ресурсов.

В задачи глобального управления входит поощрение соответствующих практик, распространение опыта экосбережения в глобальных масштабах, выработка эффективных механизмов подчинения общим правилам и требованиям, а в случае необходимости — принуждения к ним.

В качестве главного официального проводника такой политики по-прежнему рассматривается ООН с группой входящих в неё международных организаций.

Сокращение населения как лейтмотив глобального управления
В «Come on!» авторы обращаются к вопросу, насколько актуальны расчёты, полученные сорок лет назад и предрекавшие коллапс человеческой цивилизации примерно к 2025 году. В 1992-м и 2004-м модель расчётов уточнялась. Однако всякий раз эксперты фиксировали ухудшение ситуации и указывали на отсутствие эффективных мер, способных предотвратить самые мрачные прогнозы. Авторы доклада так объяснили противоречие между прогнозами и фактами: предыдущие экстраполяции исходили из линейных расчётов нелинейно развивающихся явлений, недостаточно учитывали фактор технологического развития, который серьёзно меняет уровень и качество потребляемых ресурсов и производимых загрязнений. Первоначальные расчёты хотя и оказались не совсем точны, по сути верны и актуальны по сей день. Приблизительная дата полного истощения природных ресурсов «переносится» на более отдалённое время — наступление индустриального перехода в Китае и Индии.

Вместе с тем вопрос исчерпаемости ресурсов остаётся спорным, так как открываются всё новые виды ресурсов и технологий, которые до этого не использовались. На этом феномене основывается «закон Саймона», согласно которому всякое сырьё со временем дешевеет, если же этого не происходит, то данному сырью находится более дешёвый заменитель.

Один из постулатов, защищаемых экспертами РК, — зависимость состояния экологии от численности и плотности населения: чем выше плотность, тем хуже экологические показатели. Но анализ связи индекса экологической эффективности с показателем плотности населения делает этот вывод сомнительным. Например, самой «грязной» экономикой отличается Сомали. Страна находится в конце списка на последнем месте со значением 26,66 и плотностью населения 17,9 человек на кв. км. В то же время Япония с показателем 334 человека на кв. км имеет индекс экологической эффективности на уровне 80,59, что чрезвычайно близко к состоянию «идеально чистой» экономики. Данное сравнение делает очевидным тот факт, что большее влияние на экологическое состояние оказывает именно уровень применяемых технологий и строгость экологических регламентов.

Эксперты РК поддерживают тезис, что высокий рост населения снижает уровень экономического развития и процветания. В доказательство приводятся выводы доклада Фонда в области народонаселения ООН. Чаще всего вывод об обратной связи численности населения и богатства страны делается на основе среднего (медианного) расчёта, размывающего статистикой стран «бедного Юга» статистику «богатого Севера», где высокая плотность населения в большинстве стран ЕС сочетается с высоким уровнем доходов и благосостояния.

Особого внимания заслуживает феномен Китая с его более чем 1,3 млрд населением. Здесь как будто избыточные трудовые ресурсы сыграли роль экономического трамплина, привлекая индустриальные производства из развитых стран, при этом падение рождаемости в последние пять лет совпало с замедлением роста китайской экономики.

Тезис об «экономическом проклятии высокой рождаемости» верен для тех стран, где нет инфраструктуры, готовой превращать население в человеческий капитал. В таких странах даже при невысокой плотности населения будет ощущаться избыток человеческих ресурсов. И наоборот, если в стране развита соответствующая инфраструктура, то и при высокой рождаемости, и плотности населения будет постоянно возникать необходимость в рабочих руках. Плотно населённая, малодетная и стареющая Япония служит как раз противоположным примером. Здесь после 2007 года, когда превышение смертности над рождаемостью стало устойчивой тенденцией, дефицит трудовых ресурсов превратился в общенациональную проблему. Правительству пришлось разработать комплекс мер по поддержке рождаемости и перераспределению рабочей силы трудоспособного возраста, включая привлечение к работе трудоспособных пенсионеров.

Вся эта сложная картина мало согласуется с установками ООН и РК на глобальное сдерживание роста населения как панацею от коллапса человеческой цивилизации.

Религию — на службу глобальному управлению
В докладе «Come on!» предпринимается попытка пересмотреть подходы в оценке традиционных религий с целью использования их потенциала в качестве инструмента глобального управления. Для преодоления политического, культурного, морального кризиса эксперты клуба предлагают взять за идейную основу философскую доктрину «Просвещение 2.0». Её краеугольным камнем является усвоение и распространение до всеобщей практики немонотеистических, азиатских религиозных традиций, которые, по мнению авторов, могут способствовать достижению в обществе гармонии и чувства равновесия. Наиболее приемлемым видится распространение восточного принципа Инь-Янь. Он интерпретируется как мудрость в понимании того, что контрасты и противоположности могут быть конструктивны, а добро и зло — органично дополнять друг друга.

Как «анахронизм» и источник конфликтов в докладе преподносятся содержащиеся в авраамических религиях моральные императивы и ценности, которые не допускают одновременной правоты двух противоположных начал. В них заложен фундаментальный принцип борьбы противоположностей — добра и зла, греха и святости. Авраамическая картина мира предполагает торжество правды, проявляющееся в справедливом воздаянии каждому по делам. Ад и Рай не могут находиться в гармоническом единстве. Между ними пролегает непреодолимая грань, что накладывает на человека в его земной жизни ответственность за выбор, который он осуществляет в постоянной борьбе с искушением злых сил.

В критике монотеизма и восхвалении восточной духовности прослеживается попытка интеллектуальных элит Запада сформировать для общества будущего иной тип мышления, свободный от оценочных суждений, чёткого представления об истине, хорошем и плохом, правильном и неправильном. В такой трактовке активная позиция по отстаиванию вероучительных и морально-нравственных принципов может расцениваться как насильственный экстремизм, если она противоречит идеям устойчивого развития.

Эксперты Клуба указывают на то, что «религиозные лидеры должны осознать, что сохраняющийся рост населения является причиной ослабления национальных экономик», и предлагают им оказывать влияние на свою паству в регулировании рождаемости. Библейская заповедь «плодитесь и размножайтесь, наполняйте землю и обладайте ею» в условиях кризиса современного мира якобы утратила актуальность и императивный характер, поэтому последователям авраамических религий рекомендуется пересмотреть традиционные элементы вероучения, являющиеся бесспорной ценностью в христианстве, исламе и иудаизме. Не исключено, что православные церкви и ислам, занимающие преимущественно консервативную позицию, в ближайшее время могут стать объектом усиления прессинга со стороны международных структур.

«Новое просвещение» и образование для продвижения глобального гражданства и единой цивилизации
Эксперты РК отводят образованию одну из ключевых ролей в деле поддержки устойчивого развития. Но «для удовлетворения новых и разнообразных потребностей человечества» самой глобальной системе образования требуются радикальные перемены.

На глобальном уровне обучение должно быть основано на модели социальной сети, в том числе через массовые открытые онлайн-курсы (MOOCs) и виртуальную реальность.

Цель устойчивого развития — повышение благосостояния людей и сохранение природных систем, а не большее производство и потребление (правда, не указывается, кому следовало бы ограничиться в потреблении). Осознанный акцент будет сделан на универсальных ценностях, способствующих интегрированному образу мышления. Во внимание также будут приниматься местные ценности, но только те, которые способствуют движению к устойчивости.

Эксперты РК выступают за «преодоление узости учебных программ и предлагают фокусироваться на более широких темах, которые взаимосвязаны с точки зрения различных дисциплин, давая студентам более широкий обзор, например, через дисциплину «Экология и Космос». Авторы доклада  подозревают национальные системы образования в интеллектуальном сектантстве и называют православие узким. В качестве положительного примера «обучения без границ» приводятся школы РК с их лозунгом «Думай глобально, действуй локально», а также университеты Северной Америки. Задача состоит в расширении охвата университетов образованием устойчивого развития и воспитанием граждан мира за пределами Северной Америки — в Австралии, Китае и Индии. Россия и страны постсоветского пространства в докладе не упоминаются как объекты глобального продвижения стратегии устойчивого развития, но они уже включены в глобальные образовательные программы через ведущие национальные университеты.

С помощью многочисленных отсылок к авторитетам в качестве идеологии «нового будущего» авторы доклада предлагают мистическое и циклическое восприятие мира, возвращаются к культу «Матери-Земли-Природы», от которого человечество отказалось сотни лет назад в пользу линейно-прогрессивного развития. Морально-нравственные системы, лежащие в основе современных  западно-христианской, русской православной и мусульманской цивилизаций, по мнению авторов, должны исчезнуть. Им нет места в будущем, где ведущее место должно принадлежать идеям Восточной и Южной Азии.

Большое внимание уделяется философским и теоретическим построениям, которые соответствуют запросу на глобальное управление. В частности, теории интегрального подхода Кена Уилбера, которая презентуется как синтетическое объединение открытий, совершённых в таких сферах человеческой деятельности, как психология, социология, философия, мистицизм, религиоведение, постмодернистские движения, эмпирические науки, теория систем.

Методология, разработанная Уилбером, используется рядом организаций и государственных учреждений по всему миру. Попытки внедрить интегральный подход как современную научную методологию делаются и в России.

Устойчивое развитие пошло не туда: о «Повестке дня 2030» ООН
Эксперты РК выразили озабоченность тем обстоятельством, что следование действующему плану ООН по достижению глобальных ЦУР на период до 2030 года не только не приведёт к сокращению темпов роста населения и снижению антропогенной нагрузки на экологию, а будет способствовать демографическому росту и ускорит экологическую деградацию планеты. В связи с этим план требует срочной корректировки. В качестве неотложного приоритета «Повестки дня 2030» ставится достижение экологической устойчивости. Этому должны быть подчинены темпы и характер социально-экономических преобразований. Соответственно авторы сосредотачиваются на формулировании краткосрочных и долгосрочных задач глобального управления, способных обеспечить максимально эффективныи безболезненный для репутации системы ООН перенос акцентов на экологическую составляющую.

Конфликт между социально-экономическими и экологическими ЦУР усугубляется тем, что преодоление социально-экономического дефицита увеличивает уровень потребления в бедных и развивающихся странах. Искоренение голода и нищеты, поддержание хорошего здоровья и благополучия, доступность чистой воды, энергии и пр. могут быть достигнуты только на основе политики роста. Эксперты признают, что не существует стимулов и эффективных рычагов сдерживания потребления в богатых странах. В совокупности всё это делает практически недостижимыми успехи в борьбе с потеплением климата, опустыниванием, эрозией и др.

Таким образом, за 15 предшествующих лет действия ЦУР обозначились заметные противоречия между интересами глобальных институтов, ответственных за политику сдерживания, и национальными правительствами, в первую очередь, развивающихся стран, выступающих за политику развития и роста. В докладе открыто не говорится о провале ЦУР в их нынешнем виде, но проводится мысль о необходимости «капитального ремонта» технологического, экономического и политического подходов к дальнейшему развитию.

Опасаясь хаотизации процессов глобального управления в случае радикального реформирования ООН, эксперты полагают целесообразным сохранить за этой организацией функции главного официального проводника политики устойчивого развития. Они настаивают, что для глобального продвижения ЦУР «на местах» на ближайшую перспективу в серьёзном обновлении нуждается институт государственно-частного партнёрства, в том числе за счёт создания густой сети НПО и общественных инициатив, действующих в русле стратегии ООН.

Для продвижения ЦУР через просвещение и образование предлагается использовать преимущества сетевого подхода и коммуникационных технологий.

Утопия или антиутопия «Нового Мира»
В выработке мер глобального управления на более отдалённую перспективу эксперты РК уделяют внимание формированию «нового мировоззрения», с помощью которого предполагается распространять «опыт многообразия идентичностей». Последнее означает, что базовое самоопределение личности не признаётся как устойчивое. Оно превращается в процесс постоянного выбора в зависимости от обстоятельств. В документах организаций по линии ООН (ЮНЕСКО) продвигается идея расширения границ или смены индивидуальных идентичностей, включая гендерную и религиозную. Такой подход делает возможной политику конструирования новых идентичностей, даёт широкий простор для манипулирования ими.

В ходе внедрения понимаемой таким образом политики и практики устойчивого развития на региональном, национальном и местном уровнях можно ожидать:

— Повсеместное резкое увеличение НПО экологической направленности и усиление их активности.
— Возрастание роли экологической тематики как инструмента политической борьбы и социального недовольства на местах.
— Дальнейшее распространение восточных духовных практик, возбуждение интереса к неоязыческим культам, распространение нетрадиционных религиозных деноминаций в ареале православной церкви и ислама.
— Активизация неорелигиозных сект и культов под видом культурологических организаций.
— Формирование глобальных сетевых проектов по продвижению ЦУР в сферу политики и образования и использования их как инструментов давления на национальные правительства развивающихся стран.
— Активизация деятельности международных структур по продвижению ЦУР в системе университетского образования. Под флагом социальной ответственности, инноваций, творческого мышления и адаптации к быстрым социальным изменениям образовательный стандарт устойчивого развития будет направлен на формирование личности, разделяющей ценности глобального проекта и готового к его реализации.