ЕГО СИЯТЕЛЬСТВО АКАДЕМИК ГОЛИЦЫН

Дата: 
08 декабря 2016
Журнал №: 
Георгий Сергеевич Голицын

В 2007 году директор Института физики атмосферы РАН, член президиума РАН академик Георгий Сергеевич Голицын, получая орден «За заслуги перед Отечеством», сказал: «Служу России… как и 600 лет все поколения Голицыных!»
Завидное право подобного ответа Георгию Сергеевичу дают не только личные заслуги ведущего геофизика мира, одного из двенадцати экспертов ООН по важнейшему кругу вопросов, но и вся история его древнего рода.

Текст:  Игорь Шумейко

Б.В. Голицын

ВЫБОР РУСИ

26 июля 1408 года. Грандиозная картина, напоминающая времена переселений библейских патриархов: внук Гедимина Великого, основателя крупнейшей  державы средневековой  Европы, Литовской Руси, князь Патрикей Наримунтович переезжает в Русь Московскую.

Многочисленное  семейство, домашняя прислуга, сотни повозок, конная дружина. Среди дружинников князя  скачет  некий  Карбыш,  дальний  предок  генерала  Карбышева. Верные патрикеевы крестьяне гонят коров, овец, коз. На скрипучих телегах котлы, железные насадки для вил, топоров, кос (древки не  везут  –  их можно сделать на новом месте). Поверх  поклажи  те,  кому  тяжела  дальняя дорога: старики с иконами, дети с курами, гусями, утками, беременные женщины (кое-кто из будущих московитов приедет в материнском чреве). Раздвигаются темные занавеси леса,и вот перед ними их новая родина...

Более трех тысяч душ прибыли с князем Патрикеем  из  Литвы  к великому  князю  Василию, сыну Дмитрия Донского, который выдает свою дочь за сына его, Юрия Патрикеевича.

Весьма  сильные, сплочённые литвины, подданные князя Гедимина, покоряли территорию нынешних Белоруссии, Украины под  известным  лозунгом:  «Мы  старины не рухаем, новины не увводим». Язычники-литвины приняли  православие, став своеобразным консервантом законов,  обычаев  Древней  Руси, которые они застали в начале XIV века. Потому и сегодня законы  Киевской Руси  изучают по Первому  литовскому статуту! Двести лет на картах рядом  стояли  Русь Московская и Русь Литовская.

Все  изменилось, когда литовским князьям с их русским приданным раскрыла лукавые объятия католическая Польша. Даже  великая совместная  польско-литовско-русская победа над Тевтонским орденом при Грюнвальде не прикроет картины польского коварства, меркантильности: магнатамнужны были новые поместья, ксендзам – новая паства. Урывали у союзников то поветы, то воеводства, то целые провинции (Галиция, Подолия).

Русско-литовскому  князю  оставалось  три  пути: перейти  в католичество  и дать полякам королевскую династию Ягеллоны (потомки литовца Ягайлы); или, как знаменитый князь, воин, авантюрист Свидригайло (младший брат Ягайлы), возглавить православную партию Речи Посполитой, пару раз едва не становясь королями, но все же сойти на нет; либо, храня главную ценность – веру,– уйти к единственным православным, хотя и отчаянно захолустным властителям, московским князьям. И третий путь  был  выбор  Гедиминовичей –  будущих  князей Голицыных, Трубецких, Куракиных, Хованских…

А.Н. Голицын

Да, Русь Московская, забившаяся в заокские леса, данница Орды, значительно уступала Литовской по населению и военной мощи. Но со временем  ситуация  развернулась кардинально, и остатки Руси Литовской вошли в новую Россию, в чем немалая заслуга и тех, кто выбрал когда-то тот, третий путь.

В  роду  князей  Голицыных  двадцать два  боярина. Трое возглавляли правительство России, один был председателем Государственного совета. Четырнадцать Голицыных получили высший орден Российской империи  –  Андрея Первозванного. Практически единственный пример в истории, когда в разные исторические эпохи отец и сын становились фельдмаршалами: Михаил Михайлович (1675–1730), победой при Гренгаме завершивший Северную войну со Швецией, и его сын Александр Михайлович, фельдмаршал,  герой русско-турецкой войны 1768-1774 годов.

А  примерно  с середины  XIX  века  на  раскидистом  родословном  древе Голицыных,  давшем России  воевод,  дипломатов,  военачальников, стали все чаще произрастать ученые, писатели, художники. То, что в историографии советского периода называлось кризисом самодержавия, сказалось на выборе князьями Голицыными новых направлений  деятельности, точек приложения своих талантов. При этом в прямую политическую оппозицию самодержавию они не становились, что выражает популярная семейная формула  которую  автору этих  строк  не раз довелось слышать: «На Бородино сражались двадцать Голицыных, а в декабристах состоял лишь Валериан». Тут не только подсчет (сражалось у Бородино двадцать, погибли двое), но и историческая тонкость: из многих аристократов, генералов, губернаторов в тайное общество декабристов вступил только один – юноша, князь Валериан  (1802 г.р., камер-юнкер), отношение к которому самих Голицыных носило оттенок, скорее, иронический. Подошла к концу непрерывная полутысячелетняя военная служба славного рода: в новую эпоху мобилизационных армий закончилась и постоянная сословная военная служба.

ПРАДЕД АКАДЕМИКА

Князь Владимир Михайлович Голицын – губернатор, московский городской голова, один из двенадцати  почетных граждан Москвы, буквально втащивший древнюю столицу в ХХ век. Москва, в отличие от построенного по тщательно составленному плану Петербурга, оказалась самым сложным «полигоном» для промышленной революции. Без реформ Голицына города в со временном понимании просто бы не было. Без метро, транспортных  колец, Москва могла бы стать разве что городом-музеем, бетонными Кижами…

Н.П. Голицына, прообраз пушкинской «Пиковой дамы»

При князе Владимире Голицыне были построены и первые очистные сооружения, что сказалось и на снижении смертности, и первая электростанция на Раушской набережной, и четыре вокзала (Курский, Павелецкий, Виндавский (Рижский), Савеловский), и первая телефонная станция, и первые трамвайные линии, ставшие в тогдашней городской инфраструктуре аналогом нынешнего метро, и Рублёвские водозаборные сооружения, а также пробурено пятьдесят артезианских скважин на территории города.

При  князе В.М. Голицыне Москва стала «доходным предприятием», бюджет города — бездефицитным. Часть инфраструктуры, созданная в то время, действует и поныне. Большинство банков, больниц, музеев, учебных заведений Москвы – детища той эпохи. Многие, подобно зданию страхового общества «Россия», считаются памятниками архитектуры.

БОГОСПАСАЕМЫЙ ГРАД ДМИТРОВ

После революции Голицына арестовали. Новый градоначальник, председатель Моссовета Лев Каменев вызвал Владимира Михайловича, получил от  него своеобразный мастер-класс по управлению Москвой и выдал некую «охранную грамоту», которую попросил завизировать и других членов тогдашнего ЦК. Но уже в 30-х годах эти деятели встретили свою судьбу, а документ стал опасным букетом автографов «врагов народа», и её предпочли сжечь.

Как старейший в роду (положение очень значимое в древних княжеских родах и ныне), Владимир Михайлович сформулировал линию поведения для всего «клана Голицыных», составлявшего в 30-х годах более семидесяти пяти человек. Во-первых, нужно оставаться в России; во-вторых, продолжать служить ей на всех возможных поприщах.

А.А. Голицын - кинорежиссер, лауреат премии «Оскар» (1943, 1953, 1962)

Следовательно, одной из заслуг князя является то, что и в современной России жили, трудились Голицыны – изобретатели, учёные, художники. В их числе и двоюродные братья Георгия Сергеевича, героя данной статьи: Илларион Владимирович Голицын (скончался в 2007), народный  художник России, лауреат Государственной премии России (2004), академик Российской академии художеств; Михаил  Владимирович Голицын (скончался в 2015), открыватель крупнейших угольных месторождений СССР, глава авторского коллектива энциклопедии «Угли России», профессор МГУ.

Еще одно их мудрое решение – спасаться от репрессий в относительно тихом, патриархальном подмосковном Дмитрове, где в 1932 году и родился Георгий Сергеевич.

Уже в XIX веке на одной из фамильных встреч, прошедшей при участии главы Дмитровского района Валерия Гаврилова, еще один удивительный представитель рода Голицыных, Пётр Дмитриевич, дал следующую оценку: «Дмитров – это показатель, чем могла бы быть русская провинция при достойном управлении!» И это была оценка крупнейшего управленца, успешного инженера-строителя! В качестве генерального директора российского подразделения фирмы BASF, Пётр Дмитриевич Голицын разработал проект газопровода по дну Балтийского  моря  (известный «Северный поток»).

ЖИЗНЬ И ТРУДЫ АКАДЕМИКА ГОЛИЦЫНА

Сказав несколько слов о родословной Георгия Сергеевича Голицына,  можно  перейти  к его  «послужному  списку». 25 апреля 2005 года Европейский союз наук о Земле присвоил высшую свою награду: медаль Альфреда Вегенера. 

Георгий Сергеевич Голицын – признанный во всём мире научный авторитет по многим темам, касающихся как известных, так и недавно возникших угроз человечеству. Знаменитая резолюция ООН об опасности войны с точки зрения последующей «ядерной зимы»  была  принята  благодаря  в том  числе  и его  исследованиям! 

Экспертные оценки Института физики атмосферы имени А.М. Обухова РАН, директором которого является Георгий Сергеевич, запрашивал президент России, когда встал вопрос о подписании Киотского протокола. Вопросы глобального потепления так же находятся в сфере научной компетенции Н.С. Голицына и его учеников.

Георгий Сергеевич Голицын

– Георгий Сергеевич, расскажите, пожалуйста, о начале Вашей научной карьеры.

– В университете, курса примерно с четвертого, я стал слушать лекции замечательного профессора Станюковича. В то  время, в середине 50-х, как раз разворачивалась наша  программа  по термоядерному  синтезу, Станюкович был консультантом в Институте атомной энергии. Водородная тема требовала изучения различных  свойств  плазмы, а моя  дипломная  работа  была  посвящена некоторым из  них. За  этой работой следил академик Леонтович, который был главным теоретиком проекта и которого я считаю одним из своих учителей. Он и рекомендовал меня академику Александру Михайловичу Обухову, который дал мне некоторые задания. Тогда я был на последнем курсе, собирался идти в аспирантуру, но несколько колебался и в результате пошёл к Обухову в Институт физики атмосферы, о чем за сорок пять лет работы ни разу не пожалел.

– Это было в…

–  1  февраля 1958 года. Институт был создан за два года до того. Академик Обухов в самом начале моей работы сказал: «Я хотел бы видеть вас геофизиком самого широкого профиля» … что в конечном счете и произошло. У меня есть работы по атмосфере Земли и других планет, по климату, по последствиям масштабной ядерной войны, в последние годы – по физике Земли, по землетрясениям, вулканизму. Ну а формальные шаги следующие: в 1961 году защитил кандидатскую диссертацию, в 71-м – докторскую, с 79-го года – член-корреспондент, с 87-го – академик и с 1988-го по 2001-й – член Президиума РАН. Преподаю: один семестр в МГУ, один в МФТИ. Дважды избирался членом Объединенного  научного комитета,  который  управляет  Всемирной Программой Исследования Климата. В 1992-1997 гг.– председатель научного совета Международного института прикладного системного анализа, расположенного в Вене, который занимается как раз глобальными процессами, управлением, социальным развитием.

– Не на Голицын-штрассе, случайно?

–  Нет (улыбается),  не  на  Голицын-штрассе.  Институт,  если точнее, под Веной расположен.

– Георгий Сергеевич, а эта история с «ядерной зимой» …

–  Последовательность  была  примерно  следующая. Международный совет научных  союзов выпустил  два больших  тома о возможных последствиях ядерной войны, в подготовке которых я участвовал. Климат, атмосфера, почвы, воды – и социальные последствия. Этим очень озаботилась ООН, и в 1987 году создали группу из двенадцати экспертов, от СССР был я. Благодаря нашим трудам в декабре 1988-го была принята резолюция Генеральной Ассамблеи ООН. Хотя, если точно, то сам термин «ядерная зима» американский и более ранний. В 1983 году Академия наук СССР проводила семинар по последствиям войны.

А у меня тогда уже были работы о пыльных бурях на Марсе, и я разрабатывал модель для атмосферы Земли в случае больших объемов  дыма  и пыли. И выходило, что атмосфера будет сильно прогреваться, поверхность – остывать. Циркуляция  атмосферы, конечно, изменится, испарение с поверхности океанов упадет и так далее.

Шлейф природного газа от мест ремонта газотранспортной системы (TROICA-7)

Мировой авторитет Голицына начался с маленького научного чуда, которое произошло в 1969 году. В ученом мире особо ценятся открытия «на кончике пера» – одна сила мысли, без сложных экспериментов. Потом, конечно, с практическим подтверждением, как теория относительности Эйнштейна.  И в октябре  1969  года Голицын на астрономической конференции в Техасе докладывает, какой должна быть атмосфера Венеры. А вскоре поступают данные  самых  первых  измерений –  сенсация, полное  совпадение! С тех пор академик Голицын находится в списке советских ученых,  которых  США  более  всего хотели бы заполучить. Его регулярно приглашают  читать  лекции  в ведущих  университетах мира; международные гранты, выделяемые под имя Георгия Сергеевича, помогали выжить руководимому им Институту физики атмосферы РАН в течение всех «лихих 90-х».

Тема,  памятная  по  последним годам СССР, – спасение Каспия. Когда-то планировали затопить  весь  Русский  Север, развернув реки Печору и Вычегду на  юг. Минводхоз пробивал  под эти  проекты  миллиардное  финансирование. Протестовали многие: писатели В.Г. Распутин, В.И. Белов, академик Д.С. Лихачев. Поднялась настоящая буря в обществе, и это нанесло пусть не самый сильный, но всё же удар по остаткам авторитета властей СССР. Но решающим стали расчеты, проделанные сотрудниками Голицынского пограничного института ФСБ РФ: уровень Каспия на восемьдесят процентов зависит от осадков в бассейне Волги и скоро начнет повышаться. Так и произошло, и уже в 90-х был создан совет при Росводхозе – по защите от Каспия, поскольку выросший уровень грозил  затоплением. Как  научный  авторитет академик Голицын был приглашен в этот новый совет, где оказалось немало знакомых чиновников, когда-то споривших с ним, защищавших Каспий, а теперь выбивающих бюджеты под противоположные задачи!

–  Георгий  Сергеевич,  Ваши  работы  по  атмосфере  подтверждались и при более трагичных обстоятельствах.

– Да. По заказу военных нужно было изучить свойства сильно запыленной, задымленной атмосферы. На полигоне под Звенигородом наш институт организовал испытания. Жгли самые различные материалы – изучали свойства в диапазоне от ультрафиолета до теплового излучения. Около сотни материалов, перечень которых определял Институт гражданской обороны в Балашихе: ель сухая, ель сырая и так называемая «городская смесь».

– Материалы, приближенные к реальным условиям?

– Да. Дерева восемьдесят процентов, бумага, нефтепродукты, материя, пластик, и даже, простите, мясо.

– О Боже!

– К 1989 году мы завершали эту работу, и как раз – война в Заливе. То же самое: задымление, падение температуры. Многие из тех эффектов, что были предсказаны, теперь подтвердились. 

Президент Российской Федерации В.В. Путин награждает академика Г.С. Голицына

ЭПОХА КИОТСКОГО ПРОТОКОЛА

В  декабре 1997 года в Киото подписан протокол к Рамочной конвенции ООН об изменении климата. Он  вступает в силу по ратификации его странами, суммарный выброс парниковых газов которых превысит пятьдесят пять процентов мирового. Главным «мотором» первого в истории глобального соглашения стала старая Европа – Англия, Голландия, Германия, Франция.

Киотский протокол определяет для каждой страны из «Списка №1» (тридцать восемь промышленно развитых государств) квоты на эмиссию парниковых газов. В России установлена квота в сто процентов от уровня выбросов 1990 года – три миллиарда тонн в год. Но из-за обвала промышленности размер эмиссии Россией парниковых газов упал более чем на сорок процентов.

«Парниковыми врагами» в Киото признаны шесть газов, главный среди которых, конечно, углекислота.

С  2007 года в Евросоюзе официально действовала система торговли квотами на эмиссию углекислого газа (и пяти других парниковых газов). Для двенадцати тысяч предприятий определены квоты, в случае превышения – штраф или покупка сертификата на дополнительные выбросы у тех,  кто выбросил  меньше, чем имел право. Вся страна следила за ценой нефтяного барреля, а «продвинутые» и за ценой «киотского» – порядка десяти-тринадцати долларов за тонну. Эксперты предсказываются и рост до двадцати долларов за тонну. То есть доход России от «ничего-неделанья, несжигания» мог составить до двадцати миллиардов долларов.

ЭКОЛОГИЯ КАК ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОЛИТИКИ ДРУГИМИ СРЕДСТВАМИ

Оказалось, что в работе высоконаучного мирового киотского собрания, делящего миллиарды долларов, более других верен неувядаемый тезис Иосифа Виссарионовича: «Неважно сколько газов выбросят, важно – как посчитают».

И как, думаете, считают «по Киото»? По нескольким замерам дается общепланетная цифра выбросов, затем технически оснащенные страны предоставляют сведения о замерах своих выбросов. Разница между ними перекладывается на остальные страны, которые подписали Киотский протокол, но технически не в силах замерить и обосновать собственный объём выбросов.

Все, другой процедуры просто нет. Неподготовленному читателю, может, и трудно поверить в столь незамысловатый алгоритм, но это так: «Не смог доказать свои выбросы – принимай общепланетный уровень».

Интуитивно все понимают: российские леса – главный мировой фильтр, очищающий атмосферу планеты, и мы должны получать за это огромные деньги. Но песню «Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек» к Киотскому протоколу не подошьешь. Чтобы доказать правильность замеров уровня выбросов, надо покрыть всю страну сетью лабораторий, оснащенных аппаратурой, признаваемой всеми странами, в том числе потенциальными плательщиками. Стоимость одной станции, выдающей «легитимные» данные, – порядка миллиона долларов.

Например, Бельгии, чтобы замерить свои выбросы, нужна одна станция, Англии – три-четыре. Нам же – сотни! К тому же крайне непросто наладить систему верификации приборов, сдачи результатов: представьте, какое будет количество придирок тех, кому предстоит платить по этим счетам!

Чтобы представить себе уровень напряжения, противостояния, нужно  кратко  раскрыть  следующий  сюжет.  Группа  российских ученых под руководством Решетникова была нанята (или, если хотите, им дали грант ЕС) для того, чтобы оценить уровень выбросов метана в Западной Сибири. Природный метан – это один из шести парниковых газов по Киотскому списку. И учёные насчитали сорок мегатонн в год – и в местах добычи углеводородов, и в порядке утечек из газопроводов.

Голицыны в «богоспасаемом граде Дмитров» с главой Дмитровского района Валерием Гавриловым

Институт ИФА  имени А.М. Обухова РАН, директором которого является Георгий Голицын, и Институт биофизической химии имени М. Планка  (Германия),  возглавляемый  нобелевским лауреатом Полем Крутценом, провели встречные расчёты – шесть мегатонн в год. И, главное, это всё попадает в атмосферу не из дырявых  газпромовских  труб, а из болот, которые в изрядных объёмах «выдыхают» метан.

Ответ ИФА имени А.М. Обухова РАН оказался асимметричным, в стиле холодной войны и гонки вооружений, когда миллиардодолларовые угрозы парировались копеечными контрмерами. Передвижная  лаборатория, удовлетворяющая  всем  требованиям,  предъявляемым к мировой сети станций-обсерваторий, но  фактически –  вагон  с аппаратурой, поставленный  впереди электровоза. И не случайно: на оборудование, расположенное впереди, не влияет поднятая пыль, а электровоз необходим для того, чтобы шлейф тепловозного выхлопа не исказил точность замеров.

Академик Голицын и его сотрудник, профессор Николай Еланский, назвали эту систему ТРОИКА (транспортируемая обсерватория исследования и контроля атмосферы). Приборы  и калибровочные устройства, соответствующие международным стандартам, обеспечивают требуемое качество данных, привязку к мировой сети мониторинга атмосферы ТРОИКА проводит измерения вдоль электрифицированных железных дорог по маршрутам Москва – Владивосток, Мурманск – Кисловодск. Обсерватория включена в международные сети наблюдений Global Atmospheric Watch (GAW) и Network for Detection of Stratospheric Change (NDSC). Данные используются для валидации международных научных спутниковых систем контроля атмосферы США и Европы.

Замеры дают удивительную картину: общий «клин» загрязнений, тянущийся языком от Европы, постепенно сужается, истончается  над  Сибирью. Полученные с помощью ТРОИКи данные произвели огромное впечатление на мировое сообщество. К программе присоединилась американская лаборатория диагностики и мониторинга  климата. Подобные передвижные  обсерватории захотели получить США, Австралия, Канада — страны с большой территорией.

США не ратифицировали Киотский протокол, – и это один из самых сложных пунктов в их споре с Евросоюзом. Причин тому у Америки несколько, в том числе и сложность измерения выбросов. Когда американцы хотели заказать в России подобную ТРОИКу, выяснилась удивительная вещь: для их железных дорог данная система не подходит, потому что они не электрифицированы. Да, от науки до политики, от великого до смешного – один шаг! Мы так привыкли за двадцать лет к поучениям Запада, в том числе по «чистоте технологий», что нередко забываем обратиться к конкретике. Нам необходимы люди подобные академику Голицыну! Люди, сочетающие научный, всем миром признанный талант и патриотизм.

В январе 2017 года академику Голицыну исполняется восемьдесят пять лет, а служению рода князей Голицыных России – шестьсот девять. Редакция «МР» поздравляет Георгия Сергеевича и весь славный род Голицыных.