И СНОВА ПЕРВЫЕ

Дата: 
15 ноября 2016
Журнал №: 
Татьяна Евгеньевна Данченко со своими воспитанницами – Натальей Ищенко и Светланой Ромашиной

Неповторимые российские «русалки». Уже шестнадцать лет они триумфаторы. В этом году наши синхронистки снова не оставили конкуренткам шансов как в соревнованиях групп, так и в дуэтах. Для Светланы Ромашиной и Натальи Ищенко это уже пятое олимпийское золото. Права на ошибку не существует. Но какова цена этих побед? Как создать уникальную по красоте и сложности программу, которая покорит весь мир? Как адаптироваться к стрессу, когда вода настолько холодная, что сводит мышцы и спирает дыхание? Об этом мы поговорили со старшим тренером сборной России по синхронному плаванию Татьяной Евгеньевной Данченко.

Текст: Дарья Новичкова
Фото из личного архива Татьяны Данченко

Девятка чемпионок с произвольной программой «Мольба», в финале соревнований групп на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро. Август 2016 г.

– Татьяна Евгеньевна, мы поздравляем Вас с очередной совместной победой на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро. Как Вам удается так долго держаться на топ-уровне?

– Все задают этот вопрос. Наверное, дело в колоссальном объеме работы. В составе российской команды долгие годы были очень сильные спортсменки и тренеры. И они, как говорится, нашли друг друга. Россия занимает первые места с 1997 года. Кроме того, у национальной сборной бессменные лидеры: Татьяна Николаевна Покровская отвечает за группы, а я все эти годы отвечаю за индивидуальные виды. Составы спортсменок меняются и в группе и в дуэтах, но результат остается тем же. Вот и думайте, в чем секрет успеха.

– Как Вы оцениваете выступление Ваших воспитанниц в этом году, и чем принципиально отличалась их программа от выступлений прошлых лет?

– Конечно, мы стараемся, чтобы программы всегда принципиально отличались. Мы делаем композиции с образами. Немаловажными элементами являются сложность и темп. Программа должна приковывать внимание и не отпускать, а также казаться короче, чем она есть на самом деле. Мы должны создать такой эффект, чтобы выступление смотрелось на одном дыхании, чтобы казалось, что спортсменки не отдыхают. И тогда невозможно будет оторваться.

Для нас это кропотливый труд. Мы стараемся, чтобы все движения красиво ложились на музыку. Во время постановки программы мы пытаемся выделить каждый акцент. В дополнение к сложности, темпу и скорости, мы обыгрываем музыку каждым пальцем, наклоном головы или взглядом.

– Как Вы считаете, возрос ли уровень синхронного плавания на мировой арене, и кто может составить реальную конкуренцию российским синхронисткам?

– На каждой Олимпиаде соперницы у нас меняются. В Лондоне была очень жесткая конкуренция. На прошлой Олимпиаде были очень сильные испанки и китаянки. Сейчас испанки выпали из борьбы за пьедестал. Остались китаянки, от которых мы прилично оторвались. Высокий уровень показали японки и очень подросли украинки, которые буквально наступают японкам на пятки. По прогнозам экспертов, они должны были занять третье место.

На Олимпиаде в Рио с дочерью и тренером по синхронному плаванию Еленой Терновской. Август 2016 г.

– Как Вы оцениваете уровень организации Олимпиады в этом году? Были ли у Вас какие-либо претензии к оргкомитету?

– Безусловно, Олимпиада была очень сложная. После нее я чувствовала себя так, будто по мне каток проехался. Тяжело было и физически и морально. И в первую очередь на этапе подготовки. Мы знали, что должны в пятый раз завоевать высший титул Игр. Естественно, удержать планку гораздо труднее, чем ее взять.

Затем начались разные перипетии. Мы не были уверены, поедем ли в Бразилию или нет. Каждый раз для меня было испытанием встать и поехать на работу на Круглое озеро, а для девчонок – прыгнуть в воду. Тренировка начиналась в восемь утра, рабочая неделя была ненормированная: пять рабочих дней, один выходной. Иногда я ехала на работу и ловила себя на мысли: в воскресенье все нормальные люди отдыхают. И это дополнительная нагрузка.

Когда нас все-таки допустили к соревнованиям, и мы прилетели в Бразилию, девушки перенесли тяжелейшую акклиматизацию. Я не знаю, как они выдержали. По пять-шесть часов мы тренировались, остальное время я просто лежала «трупом» и пыталась настроиться на следующий рабочий день. А у Светланы и Натальи в это время проходила такая же пяти-шестичасовая групповая тренировка.

Однажды утром я увидела, что они работают на автопилоте: руки и ноги у них не слушаются. Но тем не менее они сделали героические усилия, взяли себя в руки, понимая, что Олимпиада уже на носу. Здесь нельзя заболеть, а если заболел – нельзя пропустить.

Светлана Ромашина никак не могла справиться с двусторонним отитом. Когда она задерживала дыхание с зажимом на носу  и погружалась в воду, ей было очень больно. Но одна-две пропущенные тренировки перечеркивают одну-две недели работы, а то и больше. И лишнего времени, чтобы снова прийти в форму к Олимпиаде у нас не было.

– Кроме того, спортсменки не привыкли выступать под открытым небом. Дополнительным стрессом была зеленая и холодная вода в тренировочном бассейне. Как наши чемпионки с этим справились?

– Когда нет потолка над головой, очень сложно понять, плывешь ли ты по диагонали или параллельно бортику. Плюс ко всему, сильно «бьет» по глазам яркое солнце: девчонки выступают без очков, а под водой все бликует. К этому нужно было подготовиться. На сборе наш бассейн в последний момент тоже зацвел. Сначала вода была мутноватая, потом зеленоватая, и в итоге уже вообще ничего не было видно. Из-за этого Наташа Ищенко очень сильно ударилась в группе ногой о ногу другой спортсменки. Не знаю, сделала ли она снимок или нет, но нога у нее тогда распухла и болела. На боль Наташа жаловалась и после соревнований. Предположительно, там была трещина. И в таких условиях мы готовились и выступали на Олимпиаде – с отитом Светы и трещиной в ноге Наташи.

В составе российской команды синхронисток в Рио выступили: Влада Чигирёва, Наталья Ищенко, Светлана Колесниченко, Александра Пацкевич,  Светлана Ромашина, Алла Шишкина, Мария Шурочкина, Гелена Топилина и Елена Прокофьева

А в Рио-де-Жанейро бассейн зацвел из-за того, что местные сотрудники решили перестраховаться и перепутали реагенты. Лучше бы они этого не делали! Вода там всегда была кристально чистая: бассейн не новый, проверенный. За двадцать лет такая история во время Олимпиады произошла впервые.

Буквально накануне старта я выложила пост, где написала: «Вот бы случилось чудо, и вода в основном бассейне стала такая же голубая, как в тренировочном бассейне». Последний находился в пятидесяти метрах. С утра мы приехали в спорткомплекс и наблюдали, как бразильцы по трубам перекачивали в главный бассейн идеально чистую воду из тренировочного бассейна.

Плюс ко всему, в Бразилии была зима, и вечером было очень холодно. Днем температура воздуха могла достигать тридцати градусов, а к вечеру уже опускалась до семнадцати-восемнадцати. Ветер пронизывающий, кожа мокрая – девчонки сильно мерзли. И подходы приходилось делать с прыжка: надо было выйти, подождать, когда через минуту-две начнется твоя музыка. Она расписана у нас на разминках посекундно. Немаловажно и то, что на жеребьевке нам достался первый стартовый номер. Это всегда дополнительные нервы: никто не любит выступать первым. Судьи еще не разогрелись, может, даже еще не проснулись. Кроме того, они обязаны приберечь высокие оценки для других стран, вдруг соперники будут сильные.

– Ранее в своем интервью Вы говорили, что медали должны быть «облиты потом». Считаете ли Вы, что когда чемпионка сходит с пьедестала, дорога должна начинаться с нуля? Каков Ваш тренерский стиль, можно ли назвать Вас жестким наставником?

– Когда я начинала и работала с Анастасией Давыдовой и Анастасией Ермаковой, я могла назвать себя жестким тренером. Сейчас и с малышами я бываю очень строгая. Даже тапочками в них кидаюсь. Бывает такое, что нужно немного взбодрить, прикрикнуть. Ну а с девочками, которые стали мастерами, все по-другому. По большому счету, я их уже всему научила. Иногда им нужно просто что-то подсказать, исправить. С ними я мягкая. Им я могу простить и усталость и капризы. Мы всегда можем вместе куда-то сходить, провести вместе время.

– То есть можно сказать, что Вы участвуете в их жизни вне тренировок?

– Учитывая то, что мы работаем вместе уже более пятнадцати лет, конечно же, да.

Татьяна Данченко на парусной регате

– Они могут назвать Вас своей второй мамой?

– Ну, по крайней мере, я такое часто слышала. Мы стараемся собираться вне бассейна, и все дружим.

– Расскажите, как сложился дуэт Светланы Ромашиной и Натальи Ищенко? Как они попали к Вам в команду?

– Свету ко мне в десять лет привела мама – тогда ее тренер уехал в Грецию. На тот момент она занималась в специализированной юношеской школе по синхронному плаванию «Труд» (ФСО «Юность Москвы»). И я ответила ее маме, что таких маленьких не беру. Моим самым молодым подопечным было по четырнадцать-пятнадцать лет. Но она начала меня уговаривать. А я человек мягкий, мне всегда жалко родителей, которые просят, тем более если ребенок сам очень хочет заниматься.

Я посмотрела на Свету и сказала: «Вы знаете, вам нужно растянуть шпагат и похудеть». И дала им определенный срок – то ли месяц, то ли два. Все мои требования они выполнили. Тогда я сделала очень правильный выбор и до сих пор ни разу об этом не пожалела. Света оказалась настоящей фанаткой своего дела. И цели у нее были. Если человек трудоголик, он обязательно своего добьется. В спорте это, наверное, самое главное. Можно дотянуть ноги, шпагаты, накачать руки. Но у Светы были еще и сопутствующие природные данные: легкие косточки, красивые подъемы, она очень быстро соображала. Очень хорошо запоминала ошибки и, что самое важное, вовремя их исправляла. При интенсивной работе у тебя должна быть очень высокая скорость мышления, как мы говорим, «быстрые мозги». Недавно видела Свету на экране еще маленькой. Тогда она говорила: «Я буду олимпийской чемпионкой». Ее мечта сбылась.

Наташа попала ко мне из Калининграда, когда ей было четырнадцать. На тот момент она вместе с мамой и своим тренером Владой Степанович должна была сделать выбор. Тренироваться в Москве ее пригласили две школы – мы и школа наших конкурентов. Много лет мы с ними соревнуемся, но конкуренция – двигатель прогресса. С тех пор она ни разу не пожалела, что пришла ко мне. Конечно, и я безумно счастлива: Наташу тренировать очень приятно. Она тоже талантливая, очень фактурная спортсменка, ярко выраженная солистка. Пару лет они со Светой были вторым дуэтом. Но девчонки себя хорошо проявили, и когда Анастасия Давыдова с Анастасией Ермаковой закончили карьеру в дуэте, не было и вопроса, кто пойдет дальше.

Недосягаемые российские «русалки» Светлана Ромашина и Наталья Ищенко. Олимпиада в Бразилии. 2016 г.
Елена Терновская, Светлана Ромашина, Наталья Ищенко и Татьяна Данченко после вручения высшей награды Олимпиады. 2016 г.

– Насколько я знаю, Наташа Ищенко – это единственная синхронистка, которая взяла золото и потом вернулась в большой спорт после рождения ребенка.

– Да, совершенно верно.

– Насколько тяжело было ей преодолеть этот рубеж и снова вернуться к тренировкам?

– Конечно, это надо у нее спрашивать. Могу сказать, что она вернулась достаточно быстро и достаточно легко. Когда я увидела ее буквально в первый месяц работы, то поняла, что она очень быстро наберет форму, восстановится. А через какое-то время у меня даже сложилось ощущение, что она вообще никуда не уходила.

– Ваши воспитанницы взрослеют, и, возможно, кто-то из них примет решение сделать паузу или вообще уйти из большого спорта. Подрастает ли достойная им смена?

– Достойная смена есть, но пока они слишком маленькие. Могу, к примеру, выделить Варвару Субботину. Ей только пятнадцать лет. Вскоре она будет участвовать в отборе в сборную команду России, который состоится буквально на днях. Может быть, Татьяна Николаевна ее возьмет. Я убеждена, что из нее получится яркая солистка. Конечно, свято место пусто не бывает – новые звезды обязательно появятся.

– Расскажите о своем личном опыте. Когда Вы начали заниматься синхронным плаванием, и что этому предшествовало?

– Вообще, я начинала со спортивной гимнастики, и у меня хорошо получалось, но тренер уехал на другой конец Москвы. Поскольку я была маленькая, сама ездить на занятия не могла. Вот так мне пришлось забыть о карьере гимнастки. Потом я заболела, и о спорте не было и речи. Но в третьем классе подружка уговорила меня сходить в секцию синхронного плавания. На что я ей ответила: «Давай сходим. Что это вообще за синхронное плавание?» Для меня это было диковинное словосочетание. Ну я и сходила. Плавать вообще не умела. Бассейн был неглубокий, два с лишним метра. Подумала: «Ну ладно, прыгну. Народу много – спасут». Прыгнула – и поплыла. Как уж я плыла, не знаю, но не утонула. С тех пор я начала тренироваться, а подружка благополучно сделала оттуда ноги. Сейчас я часто вспоминаю: «Угодила в болото, не могу отсюда выбраться». Ну а на самом деле, такой спорт затягивает. И если  ребенку нравится, он втягивается, то часто потом говорит родителям: «Знаете, что, мама с папой, зачем мне ваша школа? Я буду жить здесь, в бассейне, и стану русалкой».

– А свободное время у Вас бывает? Как Вы его предпочитаете проводить?

– Со свободным временем напряженка. Работу никуда не денешь, и она требует практически круглогодичной отдачи. Если все-таки удается выкроить свободную неделю или две, то я предпочитаю проводить их на регате. Любительские парусные регаты – это то, что три года назад меня затянуло, как когда-то синхронное плавание. Уже сложился свой экипаж, появилось много друзей, из другого мира. Я как будто открыла для себя другую планету.

Татьяна Данченко

– Москва – это Ваш родной город?

– Нет. Я родилась в Новосибирске, и в три года родители перевезли нас с братом в Подмосковье. У моего брата всегда были хорошие вокальные данные, поэтому он поступил в хоровое училище в Москве и долгое время там солировал. Так мы оказались в столице, а я – в синхронном плавании. Пробиться тогда было очень трудно: не было таких проектов, как «Голос» и другие программы. Нужны были деньги на раскрутку, а наша семья жила довольно скромно. Поэтому это не стало основной работой брата, тем не менее с музыкой он связан довольно плотно. И сейчас всегда помогает дописывать и компилировать программы для всех учеников нашей школы.

– Какие цели Вы сейчас ставите перед собой и перед своей командой?

– Иногда мне так хочется отправиться в кругосветное путешествие на своей яхте и забыть, что такое синхронное плавание. При моем графике год идет за три. А еще ты должен не просто работать, а растить чужих детей. И эти дети становятся тебе роднее твоих собственных, которые растут, как беспризорники. Ты теряешь семью, ты редко видишь своих дочерей. Поднимаешь их на ноги параллельно с работой, которая идет с восьми до восьми и без новогодних и майских праздников.

– А дети ревнуют Вас к работе?

– Ревнуют. Моя старшая дочь тоже занималась синхронным плаванием, младшая по ее стопам не пошла. Может я и заслужила отдых, но синхронное плавание меня не отпускает. Видимо,еще поработаем!