МЕДИАМЕТРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ КАК СПОСОБ ФОРМИРОВАНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ

Дата: 
13 февраля 2019
Журнал №: 

В феврале в Московском доме национальностей состоялся международный экспертный круглый стол «Нация, идентичность, регион: что актуально для России и Москвы? Медиаметрический анализ», собравший специалистов в этой научно-прикладной области.

Текст: Дмитрий Архипов
Фото: Илья Стариков

Т. Гузенкова

Открывая мероприятие, модератор круглого стола доктор философии Дмитрий Сурмило отметил растущую роль мас­совых коммуникаций в условиях информационного противостояния. Он подчеркнул, что необходима не только системная работа с рос­сийскими массмедиа, но и анализ деятельности западных СМИ.

Решению задач по снижению антироссий­ской риторики и осуществлению контрмер в международном информационном простран­стве может способствовать применение мето­дик и инструментов медиаметрии. Не менее значимым направлением интерпретации дан­ных медиаметрического анализа и выработки на его основе управленческих решений в обще­ственно-политической жизни России является всестороннее изучение запросов населения и отношения к важнейшим аспектам соци­альной политики государства. Такой подход позволит качественно оценивать и своевре­менно учитывать мнение большинства россиян, обеспечивать соблюдение их интересов. Всё это создаст условия для открытого диалога власти, населения, гражданского общества и бизнеса, что, в свою очередь, повысит рейтинг федеральных и региональных структур всех уровней, улучшит электоральную оценку их деятельности, укрепит внутреннюю стабиль­ность государства.

Ведущий научный сотрудник Российского института стратегических исследований Та­мара Гузенкова, рассматривая фактор регио­нальной идентичности на постсоветском про­странстве, отметила, что на данный момент оно в известной степени поделено на сферы политико-экономического и социокультурного влияния мировых держав. Трансформации идут в пользу новых глобальных игроков за счёт резкого снижения исторически сложив­шегося российского доминирования. В переформатировании мирового, в том числе пост­советского пространства с целью обеспечения его большей управляемости в интересах опре­делённых стран и кругов мирового закулисья, роль регионализации существенно возрастает.

М. Савельева

После распада СССР страны СНГ актив­но стремились индивидуально включиться в мировые процессы и использовать любые возможности, предоставляемые глобализаци­ей. Это привело к коренной переориентации внешнеэкономических связей большинства членов Содружества на страны дальнего за­рубежья, способствовало формированию в этой части мира системы «нового регио­нализма». Его суть ― переформатирование национальных государств и старых региональных объединений, конструирование но­вых социально-экономических пространств в виде международных регионов для более эффективного использования «чужих тер­риторий» даже без владения ими. Создание транснациональных регионов позволяет вы­водить за пределы национальных границ всё бóльшие объёмы и виды деятельности, формы собственности, ресурсы, включая человече­ский и финансовый капиталы. В рамках таких регионов фактически легитимизируется пространственная экспансия надгосударственных образований, а также облегчается контроль удалённых территорий и сред.

В качестве активных игроков, давно ре­ализующих свои интересы в регионе СНГ, выступают Германия, США, Китай, Турция, Великобритания, Нидерланды, которые явля­ются и крупными инвесторами в регионе. США давно концентрируются на Украине, Грузии, Азербайджане и Казахстане. Для Вашингтона характерна политика замещения созданных Россией институтов, нивелирования роли ин­теграционных объединений и налаживания комплиментарных двусторонних отношений со странами, которые ищут максимального сближения с Западом.

Но Америка воспринимается населением Содружества настороженно. Штаты входят в число недружественных государств с мак­симальными показателями в России (63 %), вы­сокими ― в Белоруссии (40 %) и средними ― в Кыргызстане и Казахстане (17 % и 22 %). В роли адвоката США на постсоветском пространстве выступает лишь Грузия, руководство которой демонстрирует приверженность американ­ским политическим стандартам, а присутствие американцев в регионе расценивает, как благо.

До известной степени противоположно­стью Штатам в глазах населения Содружества является Германия, которая присутствует прак­тически во всех положительных коннотациях и служит точкой притяжения в политической, экономической и социокультурной сферах. К Германии по степени социокультурного при­тяжения примыкает Франция. Для Армении она является значимой страной практически по всем направлениям.

И. Круговых и А. Новгородов

Китай за последние годы своей осторож­ной экономической политикой и принципом невмешательства во внутренние дела дру­гих стран сумел диверсифицировать регио­нальные риски настороженного восприятия и нарастить авторитет. Свидетельство тому ― относительно равномерное неконфликтное восприятие китайского фактора населением в России, Белоруссии, Кыргызстане и Тад­жикистане. Гипотетически, граждане этих стран, кроме Таджикистана, готовы в случае необходимости принять от Китая военно-политическую помощь, что свидетельству­ет о высокой степени доверия. В отличие от Грузии и Украины, которые в критических ситуациях предпочитают ориентироваться на военно-политическую мощь США.

Самостоятельный центр притяжения для ряда постсоветских стран, за исключением Армении, представляет собой Турция, которая благожелательно оценивается гражданами, будучи стабильной и привлекательной для туризма и бизнеса. Помимо Азербайджана Турция воспринимается как дружественная (пригодная для переезда на работу, культурно близкая, инвестиционно привлекательная) Кыргызстаном и отчасти Казахстаном.

Таким образом, в первом приближении можно говорить о формировании на уровне общественного сознания элементов грузин­ского американизма, украинского евроатлан­тизма, азербайджанского и кыргызстанского тюркизма, молдавского и армянского евро­пеизма. Для России характерен выраженный антиамериканизм в сочетании с очень сбалан­сированной многовекторностью. Казахстан отличает от России более лояльное отношение к США и бóльшая культурно-цивилизацион­ная близость с Турцией и исламским миром. Белорусские реалии отражают склонность к утилитарной многовекторности.

Эксперт Центра специальных медиаметри­ческих исследований (ЦСМИ) Мария Савельева, изучая образ России в странах ЕАЭС и проводя политико-психологический и медиаметриче­ский анализ, отмечает усиление существующей информационно-сетевой конфронтации России со странами Североатлантического альянса, ис­ходя из оказываемого ими давления на страны бывших союзных республик с целью разжига­ния региональных конфликтов и дестабилиза­ции обстановки вокруг границ России. Поэтому для дальнейшего развития евразийской инте­грации и расширения сферы влияния России важно исследовать её современный образ как в сознании жителей стран ЕАЭС, так и в их СМИ.

Исследование охватило жителей Арме­нии, Белоруссии, Казахстана и Кыргызстана, в рамках которого выявлено проблемное поле Евразийского проекта и сформулированы ре­комендации по формированию позитивного образа России в государствах ― членах ЕАЭС.

На заседании Круглого стола

Что думают о нас наши союзники и партнё­ры? Что о России пишут их СМИ? Как сфор­мировать позитивный образ Российского государства? Ответы на эти вопросы были получены в результате использования ав­торской модели исследования, в которую входило:

1. 200 фокусированных интервью и 200 ри­суночных тестов на тему «Образ России» (по 50 респондентов из каждой страны в возрасте от 18 до 80 лет).
2. Медиаанализ массивов больших данных всех официальных СМИ изучаемых стран (ТВ, радио, газеты, журналы, информационные агентства, социальные сети и др.) с помощью информационно-аналитической системы «Россия в мире» МИА «Россия сегодня». Хро­нологические рамки: январь 2015 года ― январь 2018 года.
3. Серия экспертных интервью.
Благодаря участию в проекте кафедры со­циологии и психологии в политике факультета политологии МГУ им. М. В. Ломоносова удалось приобщиться к их методике исследования восприятия образа нашего государства. Для интерпретации данных использовались ка­чественные методы с элементами количе­ственных, в частности методы кодирования и шкалирования ответов на открытые вопро­сы, а также статистический анализ. Результаты исследования позволили выявить некоторые особенности формирования политического образа России в странах Евразийского эконо­мического союза. Процент откровенно русофобских настро­ений низкий, а значит, сегодня мы ещё обла­даем преимуществами для развития союзных отношений. Однако из-за того, что государство ведёт крайне слабую информационную поли­тику на постсоветском пространстве, образ нашей страны ухудшается.

Армения оказалась самой противоречи­вой страной. Когда в интервью речь заходила о политике, о российской власти многие ре­спонденты отвечали эмоционально враждебно, особенно молодёжь. Данное настроение ощу­тимо передавалось людям среднего возраста, их ответы не были такими агрессивными, но негативные оценки звучали.

Зато к русским людям и культуре практиче­ски все армяне настроены позитивно. Пенси­онеры, как и в других странах ЕАЭС, носталь­гируют по СССР. Их представления о России в силу общего советского прошлого гораздо более детальные, они когнитивно насыщеннее, чем у молодых людей.

В Белоруссии меньше откровенно негатив­ных высказываний, но довольно высокий про­цент нейтральности в отношении к русскому народу и в оценке международной миссии России, которая вселяет тревогу. Многие из числа белорусской молодёжи видят путь раз­вития Белоруссии только в Европейском союзе, а российскую политику воспринимают как агрессивно-имперскую. Отношение к людям, российской истории, культуре довольно поверхностное.

В целом образ нашей страны разделился на чёткий образ власти с доминирующим лицом ― лидером Владимиром Путиным (заслуга СМИ) и на все остальные хаотичные представления о России, включающие «народ», «историю», «культуру», «территорию» и т. д.

И. Николайчук и Е. Иванов

В центрально-азиатской части Содружества дело обстоит иначе. В Казахстане особенно по­пулярен Владимир Путин. Это подтверждают многие другие исследования. Например, аме­риканский институт общественного мнения Gallup опубликовал итоги своего соцопроса, в котором Казахстан занял четвёртое место среди стран, где авторитет Владимира Путина наиболее высок (72 % жителей поддерживают его политику). Они обогнали даже Белоруссию.

Казахстанские респонденты, оценивая Рос­сию через призму власти, в отличие от армян­ских, симпатизировали её «силе и уверенным позициям», но только в контексте равноправ­ных отношений ― это важно подчеркнуть, так как у жителей Казахстана показатель воспри­ятия собственной независимости от России ― самый высокий из всех стран.

Кыргызстан в исследовании стал лидером позитивного отношения к Российскому госу­дарству, некоторые даже высказывались за присоединение к России. Однако у многих наша страна ассоциируется исключительно с возможностью заработка. Что касается куль­туры, истории, искусства, возникают большие пробелы, особенно у молодёжи.

Жители Белоруссии ассоциируют Россию с природой, территорией, общей исторической памятью через определённые военные сюжеты.

Следует отметить, что в Армении и Казах­стане присутствует существенная разница в знании русского языка между поколениями. Это серьёзный барьер, мешающий молодёжи высказываться и в отдельных случаях понимать русскоязычного собеседника, что приводит к потере в этих странах российских языковых, и, соответственно, культурных преимуществ. Например, в Казахстане утверждён переход казахского языка с кириллицы на латиницу, процесс которого продлится до 2025 года. Это ещё раз подтверждает значительный уклон политики стран в сторону западного сообщества.

Медиаанализ СМИ стран ЕАЭС показал, что откровенно позитивных материалов, посвя­щённых России или отношениям с Россией, почти нет. В основном это или отрицательные сюжеты, или нейтральные. Везде, кроме Кыр­гызстана, антироссийская повестка усилива­ется. В Казахстане значительно меньше, чем в Белоруссии и Армении, но процент недоверия тоже существует.

М. Янгляева

На основании серии экспертных интервью были сформулированы некоторые рекомен­дации по оптимизации информационной политики России и созданию позитивно­го образа нашего государства в медиапространстве стран ― участниц ЕАЭС. Приведём ключевые тезисы, более подробно раскрывающие сущность данных направлений:

1. Новый концептуальный путь развития России в условиях евразийской интеграции; отказ от ностальгической стереотипизации «советского прошлого» в пользу продвижения новых установок «за мир, солидарность, соци­альную справедливость, против империализ­ма — с уважением к общему прошлому, строим новое будущее».
2. Усиление межнационального культур­но-исторического обмена и обогащения на евразийской платформе за счёт конкретных мероприятий и проектов в кинематографи­ческой, телевизионной сферах, в сфере современного искусства и творчества.
3. Параллельная реализация проектов по продвижению русского языка и культуры в офлайн-среде. Например, открытие площа­док для бесплатного обучения русскому языку; увеличение программ по обмену студентов из стран ЕАЭС.
4. Новые стандарты правового регулирова­ния интернет-среды в России, которые могли бы быть поддержаны национальными правительствами стран ― участниц ЕАЭС с целью развития единого, открытого интернет-пространства, где будут учитываться национальные особенности и здоровая конкуренция среди операторов связи.
5. Создание и развитие новых коммуника­тивных каналов в интернет-среде (социальные сети, мобильные приложения, мессенджеры).

По результатам исследования можно ска­зать, что сегодня в странах ЕАЭС встречается крайне низкий процент откровенно русофоб­ских настроений, а значит, Россия обладает всеми преимуществами для укрепления ин­теграционных связей в данном макрорегионе. Но тенденции негативизации образа нашей страны существуют. Они связаны, в первую очередь, с отсутствием эффективной инфор­мационной стратегии продвижения евразий­ского проекта, с некоторыми политическими решениями властей в отношении тех или иных союзных стран и с освещением этих решений в СМИ, а также значительные про­блемы создаёт не всегда профессиональная и дипломатичная работа российских СМИ. Это подтверждают тревожные показатели в определённых рациональных категориях восприятия России среди «европейской ча­сти» содружества (Армения и Белоруссия). В Казахстане и Кыргызстане позитивное отношение к России прослеживается уве­реннее. Делать однозначные выводы пока рано, необходимо осуществлять постоянный мониторинг этого направления.

Авторская модель эмпирического иссле­дования государственной информационной политики позволит в перспективе проводить регулярный анализ изменчивого информа­ционного поля как внутри страны, так и за её пределами, чтобы отслеживать тональность публикаций СМИ в любых государствах с по­мощью систем с блоком медиаметрии и фик­сировать их влияние, используя методы по­литико-психологического анализа.

Эксперт ЦСМИ кандидат технических наук Игорь Николайчук выделяет концепцию мэра Москвы Сергея Собянина о единой культур­но-исторической общности «москвичи», счи­тая его успешным руководителем региона, в том числе и потому, что тот осознаёт необ­ходимость решения неких важных для Рос­сии и её будущего не только хозяйственных и финансовых вопросов, но и таких сугубо нематериальных, идеологических задач, как формирование коренных ментальных реак­ций социума на уровне конкретного субъекта федерации. Собянин хорошо улавливает со­временные российские гуманитарные тенден­ции, заявляя о необходимости формировать надэтническую идентичность «москвича», указывая при этом на наличие единой куль­турно-исторической общности «москвич». Это целиком совпадает с советскими лекалами строительства «дружбы народов». Последнее, разумеется, тогда распространялось не толь­ко на столицу, но и на всю страну и даже на весь мир. То, что тихо, но веско говорит мэр Москвы, сегодня демонстративно транслиру­ется через самые мощные государственные «громкоговорители». Увы, модно с умным видом отрицать наличие феномена «дружбы народов». Но если будет уничтожена эта про­ектная цель, то никогда и не сформируется «москвич», поскольку он по определению не может быть ксенофобом. Распад советского народа ― свершившийся исторический факт, но основа для его возрождения всё ещё не про­пала. События последнего времени в странах СНГ ясно высветили зрелость общественного запроса на неё. России нужна новая идеоло­гия, идеология нашей общей исторической перспективы.

Директор Центра специальных медиаме­трических исследований, доцент факультета журналистики Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, канди­дат филологических наук Марина Янгляева указала на важность определения локальной идентичности и роли местных массмедиа в укреплении «чувства места». При решении сложных задач нациестроительства в совре­менных условиях информационного общества государственным чиновникам и общественным деятелям необходимо учитывать тот факт, что «мы тонем в новостях, а в знаниях испытываем голод». Ключевой проблемой информационного общества стала проблема идентичности. Так, в начале XXI века в Соеди­нённых Штатах и европейских странах, кото­рые входили и входят в категорию государств благоденствия, большинство населения пере­стало отождествлять себя с правительством и государством, на территории которого про­живает. Вопросы национального самосозна­ния снова, как бывало в истории, вышли на очередной виток осмысления. И вновь заго­ворили о роли и месте национальных массме­диа ― на уровне страны, региона, местности. Начался поиск подходящих морфоскульптур, на которых мог бы строиться и впоследствии держаться ментальный ландшафт государства в контексте национальной безопасности.

Что не учитывают современные российские власти, особенно власти на местах? Именно газета является платформой, при помощи которой можно осуществлять все мульти­медийные проекты, она представляет собой многофункциональный субъект, способный конструировать регион. Специалисты из Университета Хельсинки ещё в начале 2000-х точно определили, как воспринимается регион в сознании людей. Можно выделить две кате­гории: Регион как дом и Регион как политиче­ский процесс. Первый базируется на понятиях сообщества, на региональной культуре и коллективной идентичности жителей. Граница такого региона символическая, она отмечена общей идентичностью, а также традициями, корнями, чувством места и принадлежности к данной культуре. Региональная (местная) газета и формирует сообщество, старается его сохранить. Второй ― представляет собой ни что иное как понимание совокупности идеологических институтов и практик. Граница такого региона связана с политической прак­тикой, и региональная газета, в свою очередь, обращается к аудитории как к гражданам-из­бирателям.

Предоставить возможность работать сред­ствам массовой информации на местах, зна­чит, сохранить местную культуру, своеобразие региона и традиции, укрепив таким образом и доверие жителей к власти. В России, увы, идёт обратный процесс (к счастью, не везде). Что в такой ситуации будет происходить с локаль­ной идентичностью? В перспективе ― ничего хорошего. Само понятие идентичность (тер­ритории, её жителей, культуры и т. д.) будет нивелироваться, «чувство места» будет уходить из сознания граждан.

В глобальном мире местная идентичность и местное развитие являются ключевыми факторами для сохранения и продвижения культурного кода государства. Отсутствие си­стемы воспроизводства подобных культурных кодов существенно затрудняет актуальный для России процесс создания концепции на­циональной идеи.