МОДЕРНИЗАЦИЯ КАПИТАЛИЗМА ИЛИ ОБВАЛ ОБЩЕСТВЕННЫХ СИСТЕМ?

Дата: 
02 июня 2018
Журнал №: 
Рубрика: 

В современной интеллектуальной среде активно обсуждается вопрос о том, что человечество вышло на этап очередной смены общественно-экономической формации. Как паровой двигатель привёл к появлению класса рабочих и капитализма, так и современные технологии (интернет, искусственный интеллект, роботизация, большие данные и пр.) создали предпосылки для образования новой формации и новой прослойки общества. Кто-то называет её классом новаторов, креативным классом, кто-то — классом роботехнологов. МР решил опросить экспертов и выяснить их взгляд на наше будущее.

Текст: Екатерина Борисова

Интеллектуальный умный дом

РОБО-ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО И КАПИТАЛИЗМ
Современные технологии постепенно отодвигают человека от непосредственных производственных процессов, заменяя труд рабочих роботизированными и цифровыми системами. Уже работают т.н. «умные фабрики», где все элементы производства через интернет вещей, облачные технологии и платформы объединяются в единую цифровую экосистему; активно внедряются технологии «умного дома» и уже повсеместно разрабатываются концепции «умного города». Избавление от «человеческого фактора» во всех смыслах этого слова —основная тенденция современного мира. Экономики стран всё меньше нуждаются в человеческом труде и всё больше в роботах, искусственном интеллекте и цифровом обществе. Это безопаснее, эффективнее, прибыльнее. И всё это — «принципиальное изменение средств производства, что и является основным признаком смены общественно-экономической формации. «Капитализму наступит конец, и бескровно это точно не случится», — считает президент Cognitive Technologies Ольга Ускова. Глава российской компании, специализирующейся на разработках искусственного интеллекта (ИИ) для автопилотируемых машин уточняет, что «меняются не только средства производства, но и права собственности, и способы обмена товарами и услугами; происходит децентрализация процессов, война крипто-валют и «винтажных» денег; появляются параллельные миры обмена и общения между цифровыми индивидами, минуя государство. Причём за цифровыми индивидуальностями не обязательно стоит человек, участником становится и силиконовый разум». Поэтому то, «что получается — это вообще не капитализм», убеждена она. По её мнению, классической модели мира не устоять.

С этой точкой зрения не согласен главный редактор журнала «Цифровая экономика» и ведущий научный сотрудник ЦЭМИ РАН Анатолий Козырев. Он считает, что капитализм не уходит с арены, а лишь постепенно модернизируется. «Нет оснований говорить, что от него ушли. Собственность стала лишь больше дробиться», — уточняет он.

Технологический вызов

В том же ключе размышляет и директор Департамента развития и планирования Фонда «Сколково» Сергей Израйлит: отношение к собственности меняется, но смысл капиталистической модели пока остаётся. «Понятие права собственности условное, его придумали люди. Оно включает в себя право владения, пользования и распоряжения. Когда вы едете в отпуск, вы арендуете помещение. У вас появляется право пользования на какое-то время. Сейчас люди всё больше и больше понимают, что владение объектом не является необходимым для того, чтобы воспользоваться им. Это принцип текущей перестройки, его называют Sharing economy», — отмечает он. Что касается капитализма, то капитализм — это «период главенства очень простой идеи: я получил актив, и я на нём зарабатываю». Эксперт «Сколково» поясняет: «например, строит кто-то большой центр по обработке данных и сдаёт в аренду своё оборудование. Кто-то другой его арендует, производит расчёты, необходимые для выпуска какого-нибудь биткойна, и получает маржу уже с биткойна. То есть, владелец инфраструктуры получает маржу от арендной платы, а тот, кто арендовал — от своей деятельности. С точки зрения получения прибыли собственность в данном случае оказывается не критичной». Таким образом, суть капиталистической модели остаётся.

Размышляя о перспективах развития человечества на более длительный срок, Сергей Израйлит уверен, что происходящие уже сейчас процессы приведут не к смене формаций, а к иным кардинальным трансформациям: «мы просто не находимся в режиме перехода к новому стабильному устройству. Нас ждут ускоряющиеся изменения, местами переходящие в нарастающую эрозию сложившихся стереотипов межличностных отношений и приводящие к обвалу отдельных элементов общественных систем». Связывает он это с дальнейшим развитием технологий. Скорость развития интеллектуальных систем (как машинного, так и искусственно усиленного человеческого интеллекта) такова сейчас, что минимальные изменения, которые вообще не видны в социуме, будут постепенно разрушать человеческие отношения. «Квинтэссенцией этого процесса станет так называемая технологическая сингулярность —момент, в который человечество в целом утратит контроль за своим будущим, и он перейдёт к кому-то ещё. Не обязательно к искусственному интеллекту, может быть это будут какие-то отдельные люди со сверхспособностями, сформированные методами машинного, биологического, технологического моделирования», — поясняет эксперт, ссылаясь на теорию математика Вернора Винджа. Более того, с его точки зрения, если государство как институт само не переродиться и не станет «бенефициаром технологической сингулярности», то и оно окажется «жертвой». «У государства два варианта: либо пытаться оборонять свои рубежи с неизбежным проигрышем в конце, либо наращивать своё интеллектуальное (!) присутствие в экономике. Тогда мы сможем сказать, что будущее государство — это и есть тот самый сильный искусственный интеллект», — замечает он.

Перспективы кардинальной трансформации общественных систем в обозримом будущем видятся не всем. Дмитрий Песков, директор направления «Молодые профессионалы» Агентства стратегических инициатив (АСИ), подверг сомнению, как возможность технологической сингулярности, так и вероятность появления новых форм общественного устройства: «нас ждут десятилетия отдельных экспериментов над новыми форматами, но в ближайшее время ничего принципиально нового не появится. Для того, чтобы появилось что-то принципиально новое, должен случиться шаг, которого все ждут, но который до сих пор не сделан. А именно: появление автономных источников энергии». Выход ситуации из-под контроля государства как в сторону бесконтрольного развития искусственного интеллекта, так и в сторону идей утопистов о неких автономных экопоселениях, представитель АСИ считает невозможным. Для кардинальных изменений, с его точки зрения, необходимы две вещи: «технология информационной связности и технология энергетической независимости». Дмитрий Песков поясняет: «когда у вас появляется автономный источник энергии, вы можете взять друзей, подруг, детей и уехать в Сибирь или на Алтай, сделав там прекрасное эко-поселение. У вас будет бесплатная избыточная энергия, вы преобразуете всё вокруг себя, создадите нужный вам микроклимат, за счёт беспроводной связи обеспечите здравоохранение и образование. Также становятся возможными мечты таких миллиардеров Силиконовой долины, как Питер Тиль, об автономных поселениях в море. Это всё замечательные проекты, там можно экспериментировать с новыми социальными формами. Но пока нет автономного источника энергии, ничего из этого работать не будет».

БЕЗРАБОТИЦА И ИСКУССТВЕННАЯ ЗАНЯТОСТЬ
Современные технологии освобождают огромное количество рабочих рук, и на повестку дня выходит вопрос массовой глобальной безработицы. Ольга Ускова считает этот процесс неизбежным в переходный период. «Это очень тяжёлый формат для стран неподготовившихся. Особенного выбора нет. Каждая страна — часть мировой экономики, хочет она того или нет, неважно. Отказ у себя от новейших изобретений приведёт народ к технократическому порабощению другими более развитыми странами, а в дальнейшем и к биологическому уничтожению, чтобы очистить путь ко всё более и более ценным ресурсам от «бессмысленной биомассы» ©. Это, кстати, цитата из одного из модных сейчас в Лос-Анджелесе шутеров с прямым намёком на Россию, — поясняет она, — А как выглядит отчаяние в неподготовленном обществе хорошо видно при открытии полностью роботизированных линий на автозаводах в Китае: на их окнах —сетки-улавливатели самоубийц. Людей сокращают десятками тысяч, а деваться им некуда».

Виртуальный фарминг

Сергей Израйлит тоже уверен, что все рабочие ниши, которые раньше были заняты человеком, в конечном итоге окажутся во власти искусственного интеллекта, и человек будет задействован только в тех сферах, которые для него подготовит ИИ.

Тему сингулярности происходящих процессов рассматривает и Дмитрий Песков. Он поясняет, что люди на глобальных дискуссионных площадках делятся на тех, кто верит в сингулярность; тех, кто считает, что сингулярность—это миф; и тех, кто видит необходимость в управлении сингулярностью, подразумевая перевод сингулярности в регулярность, то есть в нечто более постоянное и управляемое.

Сам он выступает с позиций контролируемой эволюции, и решение проблемы массовой безработицы видит в искусственной занятости: «государство уже очень много лет экспериментирует с искусственной занятостью. Нам придётся создавать массово новые профессии, организовывать карьеры в виртуальном мире. Сегодня сотни тысяч человек в Китае занимаются фармингом (куют мечи, сеют поля и т.д.) в виртуальных играх. И за всё это платят другие — богатые китайцы, богатые корейцы, богатые европейцы в этих онлайновых вселенных. Онлайновые вселенные обеспечивают работой сотни тысяч, наверное, уже миллионы людей». Здесь важно учитывать то, что люди, которые в виртуальном мире, например, куют мечи, получают реальные зарплаты, переводя через биржи виртуальных валют заработанные в виртуальном пространстве монеты в фиатные валюты.

В свою очередь, Анатолий Козырев не считает, что общество будет подвергнуто таким катаклизмам в сфере занятости. Он приводит пример из прошлого: да, появился паровоз — исчезла лошадь. Но у лошади был только один извозчик, а у паровоза — машинист, помощник, кочегар, сцепщики и так далее. Сейчас программистов больше раз в десять, чем в эпоху зарождения компьютеров. С этой точки зрения массовая безработица человечеству при любом развитии технологий не грозит.

Дополнительный материал: 
Интернет-поисковики

ГОСУДАРСТВА VS. ПЛАТФОРМЫ И КОРПОРАЦИИ
Тема стратегии государств в разворачивающихся условиях нового цифрового мира была затронута в той или иной степени всеми опрошенными экспертами. Было отмечено, что все обычные отрасли экономики постепенно становятся похожими на интернет с точки зрения сетевых принципов их организации. Мир глобализируется не только в терминах географии и экономики, но и в рамках цифрового пространства, сети. В тесном взаимодействии с понятием сеть оказывается понятие платформа. Именно платформы создают сетевой эффект. И чем шире сеть — тем выше её ценность. При дроблении сети происходит уничтожение её ценности. Анатолий Козырев указывает на то, что чем больший процент населения пользуется одной платформой, тем больше её ценность для каждого участника. В качестве примера он привёл ситуацию с поисковиком Yahoo: «появление Google послужило причиной вытеснения популярного до того момента Yahoo именно потому, что у интернет-сообщества не было необходимости в нескольких поисковиках».

Дмитрий Песков тоже обратил внимание на новые формы глобализации: «Интернет позволил появиться таким понятиям, как глобальные сообщества, которых никогда до этого не существовало, и конституализировать людей по темам, по верованиям, по многим другим вещам на наднациональном уровне». Однако он не готов признать, что «у нас случится на этой базе мировое правительство или победят корпорации и отомрут государства». Государства будут продолжать контролировать процессы и подстраивать под собственные запросы деятельность корпораций. Для того, чтобы у неких сообществ появилась автономность, помимо обретения независимых от государств источников энергии, «Илон Маек должен развернуть свободную от всех государств сеть спутников на низкоорбитальной орбите, — уверен эксперт АСИ, — Но он этого не сделает. Потому что, когда к Илону Маску приходит государственный департамент США, он немедленно забывает обо всех своих либертарианских тезисах. Так же, как компания Google, компания Facebook, компания Twitter и все остальные. И практика сейчас прекрасно показала, что как только санкции вводятся, Facebook, Instagram и пр. идут на нарушения собственных правил и «выпиливают» своего пользователя, оказавшегося под санкциями, полностью реализуя описанный образ в романе Дж. Оруэлла «1984» об изменении истории. Вместе с блокировкой пользователя пропадают все его посты, комментарии, видео и всё остальное; он больше в этой истории не существует. Поэтому никакого свободного спутникового интернета никогда не случится. Во всяком случае, до достижения радикальных технологических изменений и трансформации государств в нечто большее. Мне бы не хотелось жить в эпоху этого перехода, он рисуется с кровавыми пятнами». «Государства свой суверенитет не отдадут», — резюмирует Дмитрий Песков.

Анатолий Козырев подходит к вопросу взаимодействия государства и корпораций с другой стороны: «Никогда не понятно, кто кого контролирует: государство корпорации или корпорации государство. Общество устроено очень сложно. Возьмём, например, Facebook. Его существование настолько хорошо для спецслужб, что я не могу поверить, что они не участвовали с самого начала в его развитии. Но часто другие представители государства, например, сенаторы Конгресса США не владеют информацией». Эксперт обращает внимание на размытость понятия государство и его внутреннюю неоднородность.

Протесты против Uber в Испании

О том, как государства способны защищать свои интересы, если они совпадают с интересами его граждан, показал Сергей Израйлит на примере взаимоотношений Франции и платформы Uber: Франция давала своим водителям возможность зарабатывать, создавая нишу «водитель такси» и продавая «входной билет» — лицензию. Пришёл Uber и создал собственную нишу, но без «входного билета». Те, кто ранее заплатили за лицензию государству, взяли в руки дубины и пошли громить Uber-такси. В итоге, французские власти были вынуждены запретить этот сервис. Если бы Uber работал только во Франции, то его существование реально было бы на волоске. Представитель Фонда «Сколково» делает вывод: «если государство гарантировало своим гражданам нечто, на что посягает платформа, то у платформы возникают массовые риски».

Но есть и обратные ситуации, когда граждане не поддерживают действия государства против платформ. Очень характерный здесь пример — неудачные попытки блокировать мессенджер Telegram в России. Чиновники попытались наказать Telegram за то, что он не пошёл на сотрудничество, о котором просило государство. Общество их действия не поддержало. Сергей Израйлит объяснил это тем, что государство в данном случае начало предпринимать меры, которые, наоборот, ухудшают условия жизни граждан. «Ценность, которую производит государство, слишком не очевидна для людей, чтобы они послушались утверждения определённых чиновников и отказались от этого продукта. Хотя бы отказались <...> Если государство не сможет вести корректный диалог со своими гражданами и бизнесом, то попытки государства бороться с платформенными решениями будут обречены на неудачу. В том числе в технической части. На самом деле технология, которая доступна крупным международным компаниям, уже давно сопоставима с технологиями, которые доступны государству», — отмечает эксперт.

История с Telegram показывает, что первостепенная задача государств — не самосохранение, не защита собственной монополии на власть, а защита общества и создание для него ценностей. При ином раскладе ценность самого государства в глазах граждан падает, и ему не устоять перед дальнейшими вызовами.

Ольга Ускова тоже считает, что государство должно стать более социальным, но объясняет она это с других позиций, напоминая о ещё одном вызове, которые несут технологии существующему миропорядку: «В смешанном робо-человеческом обществе на передний план выйдут именно задачи социального и морального характера. При современном уровне развития вооружений, человечество или договориться, или самоуничтожится».

Анализ существующих трендов приводит экспертов к разным трактовкам дальнейших путей развития общественных систем. Со всей очевидностью можно лишь утверждать, что развиваясь, человечество всё больше будет трансформировать этот мир под себя, но не факт, что мир станет от этого более предсказуемым. По мере создания всё более и более комфортных условий для жизни, всё более актуальным будет становиться вопрос о выживании человеческого рода в целом. На этот счёт очень метко выразилась руководитель Cognitive Technologies: «Труд сделал из обезьяны человека. И как только Искусственный Интеллект освободит массово человека от Труда, большинство снова полезет на ветку... Сдаётся мне, что обезьяны сдадут планету роботам без боя»...

Тут есть над чем подумать. При таких раскладах выбранная стратегия развития вступает в противоречие с задачами выживания.