МОНАРХИЯ В ИСТОРИИ: ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА

Дата: 
15 ноября 2019
Журнал №: 

Если воспользоваться словами А. С. Пушкина, то для большинства жителей России монархия — преданья старины глубокой. Однако именно с монархической властью связана бoльшая часть нашей истории и многие явления современной жизни. В более чем сорока странах мира и сегодня правят монархи. Со всей степенью серьёзности это заставляет нас относиться к монархической форме правления как к историческому феномену.

Текст: Евгений Иванов

У истоков
Что такое монархия? Традиционно под ней понимается система легитимной единоличной власти, проистекающей из божественного источника и передающейся по наследству (хотя монархия далеко не везде была наследственной). Легитимностью, законностью (правовым характером) монархия отличается, например, от диктаторских режимов единоличного правления (абсолютизма, тирании и др.), устанавливаемых силой и узурпацией.

Монархический принцип с древнейших времён проявлялся во власти отца в семье, вождя в племени и так далее, и в этом отношении в монархии нет ничего неестественного: почти в любой сложной социальной системе формируется иерархия и единоначалие.

Для самых разных народов было характерно представление о божественном происхождении монархической власти. Легендарный первый император Японии Дзимму (VII в. До н. э.) считался потомком «богини» Солнца — Аматэрасу.

Китайские императоры издревле именовались «сынами Неба» — высшей божественной сущности. Аналогичные представления и титулы были у других народов.

Для российской и западной цивилизаций характерно обращение к библейским, христианским истокам. Прообразом земной монархии здесь оказывается небесное царство, а основанием единоличной власти монарха — верховная власть Бога Отца. Согласно Библии, впервые на царство был помазан пророком Самуилом израильский царь Саул (XI в. до н. э.): «И взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его, и поцеловал его и сказал: вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего в Израиле, и ты будешь царствовать над народом Господним и спасёшь их от руки врагов их, окружающих их» (Библия, первая книга Царств, 10:1).

Православный святой XX века архиепископ Серафим (Соболев) писал, «как власть ветхозаветных патриархов, вождей и судей существовала по установлению Самого Бога, так и царская власть установлена Богом и коренится в Нём, как глубочайшем источнике и высочайшем начале первой власти (отца) и, следовательно, всякой последующей власти». Закономерно, что в христианском понимании царь оказывается гарантом справедливости, а также защитником Церкви ― особого богочеловеческого союза: «у нас Белый царь — над царями царь. (…) И он держит веру крещеную, (…) стоит за веру христианскую, за дом Пречистыя Богородицы» (древнерусская «Голубиная книга»).

При римском императоре Константине Великом в 313 году христианство перестало быть гонимой религией. Римская имперская государственность, получившая начало от принципата Октавиана Августа (правил с 27 г. до н. э. по 14 г. н. э.), соединилась с христианством, которое при императоре Феодосии в 381 году стало государственной религией. Кстати, именно при Августе в Римской империи, гласит Евангелие, родился Иисус Христос.

Соответствующее развитие получила система права, а законы древнего Рима были преображены христианским нравственным содержанием. Знаменитый Кодекс Юстиниана (VI век) определял право как «искусство доброго и справедливого», а юриспруденцию — как «познание божественных и человеческих дел», науку «о справедливом и несправедливом». Среди прочего законы Юстиниана говорили об источнике монархической власти: «Всевышняя благость сообщила человечеству два величайших дара: священство и царство (императорскую власть). Первое заботится об угождении Богу, второе о прочих предметах человеческих. Оба же, происходя от одного и того же источника, составляют украшение человеческой жизни».

Исторически в основе современных систем права и России, и Западного мира (хотя, конечно, в значительно изменённом виде) лежит римско-византийская традиция. В идеологизированной пропаганде монархия зачастую представляется режимом беззакония и произвола, а царствующие особы — чуть ли не разбойниками на троне или недалёкими самодурами, которые делали всё, что заблагорассудится, не сообразуясь с интересами простых людей. Как при таких условиях было бы возможно развитие цивилизации и устойчивое воспроизводство монархических институтов на протяжении многих столетий, остаётся без внятного ответа (к слову, в трактовке известного английского историка Э. Гиббона Византийская империя на протяжении тысячи лет только и делала, что приходила в упадок). Факты говорят о том, что монархическое государство является правовым государством с характерным типом правосознания — ничуть не менее чем, например, демократическая республика.

Монархическая государственность внесла огромный вклад в развитие духовной и материальной культуры человечества. И продолжает вносить.

Монархия в современном мире
Сегодня в мире насчитывается 43 монархических государства, преимущественно в Европе и Азии. Классической и наиболее известной монархией (одной из немногих, уцелевших после всемирных побоищ XX столетия) является британская, где у власти продолжает находиться династия Виндзоров в лице королевы Елизаветы Второй.

Согласно расхожим школьным представлениям, монархи Великобритании — символы преемственности английской истории, они реально не правят; власть принадлежит парламенту и премьер-министру. Но многие удивятся, узнав, какими полномочиями обладает скромная пожилая женщина — королева Великобритании. А она… может созывать и распускать парламент, назначать премьер-министра, объявлять войну и заключать мир, даёт почётные звания и ордена, возглавляет Англиканскую церковь и вооружённые силы, имеет большие полномочия в сфере государственных финансов. Королевской санкцией вступают в силу законы, и наоборот — королева может наложить вето на тот или иной закон (прецеденты были). Кроме Великобритании, королева Елизавета является главой 15 других государств британского Содружества наций, включая Канаду и Австралию.  Королевская семья имеет огромный авторитет и популярность в британском обществе и служит важным фактором его единства. В историческом сознании британцев нет болезненных рубежей, сопоставимых со значением 1917 и 1991 годов для России.

Ещё одна ныне действующая монархия, представляющая особый интерес, — испанская. Она даёт уникальный пример восстановления этой формы правления в современную эпоху. Политическая нестабильность в Испании привела к тому, что в 1931 году король Альфонсо XIII был вынужден покинуть страну, которая впоследствии претерпела кровопролитную гражданскую войну.

Кстати, в годы революции в России Альфонсо предпринимал попытки спасти семью Романовых. После Второй мировой испанский диктатор Франко объявил об установлении в стране «монархии без монарха». На протяжении ряда лет была подготовлена реставрация монархии, и в 1975 году на престол взошёл Хуан Карлос. Испанская монархия имеет большое консолидирующее значение в условиях поляризованного испанского общества.

С 2014 года король Испании ― Фелипе VI. В 2016 году, в условиях острого политического кризиса, монарх воспользовался своим правом и распустил парламент, назначив выборы. Фелипе последовательно выступает против каталонского сепаратизма, отстаивая единство Испании.

Несколько слов о Японии. Император страны является здесь символом нации и выполняет ряд государственных функций, но исключительно с санкции парламента. Первого мая 2019 года на престол вступил император — Нарухито. По японской традиции было провозглашено начало новой эпохи под названием Рэйва, что приблизительно означает «прекрасная гармония».

Особняком стоят примеры абсолютных монархий арабо-мусульманского мира: Катара, Омана, Брунея, Объединённых Арабских Эмиратов и Саудовской Аравии.

Современная история знает уникальный пример того, как монарх пришёл к власти демократическим путём. Речь идёт о болгарском царе Симеоне, который ребёнком был вывезен из социалистической послевоенной Болгарии, но много лет спустя создал политическое движение и в 2001―2005 годах был премьер-министром Болгарии.

Для современного мира, в том числе ряда наиболее развитых государств, монархия ― совершенно привычное и положительное явление, хотя, разумеется, по сравнению с предшествующими эпохами значение монархического принципа значительно снизилось. Актуально утверждение известного русского философа и правоведа Ивана Ильина: «монархический строй и самая идея монархии вовлечены в тот общий мировой кризис, который разразился на наших глазах в двадцатом веке с небывалой ещё в истории бурностью и остротой». Россия как никакая другая страна претерпела на себе эти исторические бури.

Монархия в России
В 1613 году, когда Россия в очередной раз возродилась из пепла, волей народа при содействии Православной церкви была восстановлена законная монархическая государственность, ведущая начало от Рюрика. На московский престол взошёл молодой Михаил Фёдорович Романов. В «Утвержденной грамоте» от лица всех сословий Московского государства говорилось: «…великая государыня, старица Марфа Ивановна моления и слез наших не презрела, пожаловала нас, благословила сына своего, государя нашего Михайла Федоровича, на царство всея великия Росии; а государь наш, Богом избранный государь царь и великий княз Михайло Федорович, всеа Русии самодержец, великие государыни, матери своея, послушал и моления слез наших не презрил, нас пожаловал, на государстве Владимерском и Московском и всея великие Росии государем учинился».

Если бы история XX века не оказалась столь трагической, возможно, в 2013 году мы бы отмечали 400-летие дома Романовых, и подобно современным британцам с радостью бы лицезрели царственное семейство. Однако история не знает никаких «если бы»…

За свою более чем тысячелетнюю монархическую историю Русь-Россия из ряда мелких разрозненных княжеств превратилась в крупнейшее в мире государство, простирающееся от Балтики до Тихого океана. Государство с великой культурой и грандиозными научными, экономическими и прочими достижениями. Император Александр III в завещании наследнику — Николаю — справедливо писал: «Самодержавие создало историческую индивидуальность России». И проницательно добавил: «Рухнет самодержавие, не дай Бог, тогда с ним рухнет и Россия. Падение исконной русской власти откроет бесконечную эру смут и кровавых междоусобиц».

Монархию, в том числе российскую, часто критикуют за наследственный принцип передачи власти, поскольку во главе государства может оказаться недостойный человек только по праву своего происхождения. Однако, во‑первых, и при демократической форме правления у власти могут оказаться недостойные люди. А, во‑вторых, монархическая наследственность — это ещё и система, так сказать, «профессиональной» подготовки будущего правителя, которого с детства образовывали для управления государством.

Согласно социологическому опросу ВЦИОМ 2017 года, доля россиян, которые в той или иной степени поддерживают монархию, составила 28 %, что, конечно, немало. Причём среди молодёжи эта доля оказалась выше. Это показывает, что наше общество, при всех его проблемах, способно трезвенно, непредвзято и уважительно относиться к собственной истории. И когда мы вспоминаем великих исторических деятелей России, то чаще всего на ум приходят её монархи: князь Владимир, Дмитрий Донской, Иван Третий, Пётр Великий, царь-страстотерпец Николай Второй с его мученическим семейством…

Монархизм в России наших дней не может быть знаменем политической борьбы. Историю не повернуть вспять. К тому же, если само общество не готово к изменению своей политической формы, если для него не является приоритетным религиозно-нравственный идеал, характерный для исторической российской монархии, то в таких условиях возрождение империи неизбежно превратилось бы в карикатуру, в очередной безответственный социальный эксперимент, раскалывающий общество. Весьма взвешенно об этом сказано в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви»: «Изменение властной формы на более религиозно укоренённую без одухотворения самого общества неизбежно выродится в ложь и лицемерие, обессилит эту форму и обесценит её в глазах людей. Однако нельзя вовсе исключать возможность такого духовного возрождения общества, когда религиозно более высокая форма государственного устроения станет естественной».

Монархизм сегодня — это, скорее, борьба против исторического беспамятства, выражающаяся не в громких лозунгах, а в кропотливой просветительской работе, восстановлении исторической справедливости, пробуждении народной памяти. Именно так лучшее, с чем связана тысячелетняя российская история, её смыслы и ценности, перейдут с нами и нашими детьми в будущее.