НАТАЛЬЯ КОМАШКО: «СИНАЙСКИЙ МОНАСТЫРЬ — САКРАЛЬНОЕ МЕСТО, ГДЕ ЕСТЬ РУССКИЕ ИКОНЫ»

Дата: 
06 сентября 2017
Журнал №: 
Панорама Синайского  монастыря

О русских иконах Синая в интервью журналу МР рассказала ведущий научный сотрудник Музея древнерусской культуры имени Андрея Рублёва Наталья Игнатьевна Комашко.

Текст: Дмитрий Сурмило

Спасо-Преображенский собор (середина VI в.) и колокольня. 1871 г.

Немного найдётся на планете мест, сравнимых по своему духовному и историческому значению с Синайской горой и расположенным у её подножия монастырём святой Екатерины. Здесь с Моисеем, пасшим овец, говорил Господь. Здесь был заключён Завет — священный договор между Богом и человеком. Здесь Господь явился пророку Илии, чьи подвиги послужили примером подвижнической жизни для первых христианских монахов, с IV века селившихся в синайских пещерах. Величественный монастырь, возведённый в VI столетии по приказу императора Юстиниана, занял особое место не только в истории православного монашества, но и в мировом культурном пространстве благодаря грандиозному собранию древних рукописей и коллекции православных икон, включающей самые ранние образцы.

— В начале этого года увидело свет интереснейшее издание, которое по праву можно назвать историко-культурологическим и иконографическим исследованием — альбом «Русские иконы Cиная». Наталья Игнатьевна, что послужило мотивом для создания столь фундаментальной работы?
— Спасибо за высокую оценку нашего труда. Всё началось пятнадцать лет назад, когда вместе с подругой и коллегой Надеждой Герасименко я впервые побывала в Синайском монастыре (первоначальное название — монастырь Преображения или Неопалимой Купины). Это один из древнейших непрерывно действующих христианских монастырей мира, основанный в IV веке. В 625 году, в период завоевания Синая арабами, в Медину из монастыря была направлена делегация, чтобы заручиться покровительством пророка Мухаммеда. Копия полученной монахами охранной грамоты выставлена в монастыре. Она провозглашала, что мусульмане будут защищать монастырь, а ещё, что освобождают его от уплаты налогов. Документ скреплён отпечатком руки пророка Мухаммеда, что позволило уберечь многие христианские святыни от разграбления и уничтожения.

Интерьер  придела Неопалимой Купины

Помимо византийских древностей в монастыре святой Екатерины (так он стал называться с середины VI века в связи с обретением мощей почитаемой святой) мы встретили много русских икон, чьё происхождение нас заинтересовало. Договорившись с монахами, мы не уехали тогда с экскурсией, как это планировалось, а провели весь вечер в монастыре. Нам посчастливилось посмотреть те места, в которые обычные посетители практически не попадают. То, что мы увидели, хронологически начиналось с ХVI века и заканчивалось ХIХ веком. На обратном пути не покидала мысль, что ознакомились лишь с малой толикой икон. Не скрою, захотелось с этой темой разобраться поближе. Постепенно всё шло к тому, что пора приступать к серьёзным научным исследованиям. Была составлена заявка, которую мы подали в Российский гуманитарный научный фонд, и нас поддержали! Принял нашу заявку и монастырь. Не секрет, что огромное количество исследователей со всего мира, занимающихся разной проблематикой, хотят туда попасть и присылают письма на имя Архиепископа Синайского Дамиана. Но прошения, как правило, остаются без положительного ответа. Мы же получили благословение на работу, в том числе и в малых храмах-часовнях — параклисах, где оказались целые русские иконостасы.

— Расскажите, пожалуйста, о Неопалимой Купине.
— Библейская святыня Неопалимая Купина и её корни находятся под престолом придела одноимённой часовни, в которой нет традиционного алтаря. Именно в этом приделе исторически находилось самое большое количество русских икон. Мы обнаружили иконы ХVI—ХVII веков, многие из которых сейчас находятся в ризнице. Наша команда включала в себя не только искусствоведов, но и историков, которые специально занимались темой русско-синайских отношений. Шаг за шагом выстроилась историческая панорама. Стало понятно, что готовность сделать книгу на основе материалов научного исследования, причём, с роскошной альбомной частью, есть. Издательство Московской Патриархии в лице главного редактора протоиерея Владимира Силовьева одобрило наше начинание. Мы проработали ещё довольно много лет, но это было даже хорошо, потому что в результате работа получилась законченной, зрелой. В 2011 году, съездив на фотосъёмку, мы ещё в течение месяца детально изучали некоторые иконы. Специально для нас их приносили из ризницы, поскольку, как известно, чужой человек попасть туда не может, только — ризничий и настоятель.

Икона «Богоматерь Казанская»,  в окладе. 1660-е гг.

— Проводились ли экспертиза икон, исследование стиля письма, изучение покрытия, оценка степени сохранности?
— Каждая икона исследовалась комплексно, и, с точки зрения, её сохранности и, с точки зрения, художественных особенностей. Надписи на оборотах икон помогли установить исторические события, в результате которых реликвии оказались в монастыре, узнать имена лиц, владевших ими. Среди них есть греческие владельческие надписи, говорящие о том, что иконы принадлежали известным людям, сыгравшим в ХVII веке значимую роль в русско-греческих отношениях.

— Например?
— Так, надпись на обороте иконы Казанской Божьей Матери гласит о том, что она принадлежала Мелетию, греческому церковному деятелю. Услуга, которую он оказал царю Алексею Михайловичу, неоценима. В то время для Русской церкви сложилась ситуация, когда избранный патриарх Никон самовольно покинул Москву и перестал выполнять обязанности патриарха, главы Церкви. Чтобы законно низложить Никона, в чём был заинтересован Алексей Михайлович, необходимым было присутствие других патриархов. В 1664 году были получены ответы четырёх из них, привезённые Мелетием. Их суть состояла в том, что московский патриарх и всё духовенство обязаны повиноваться царю и не должны вмешиваться в мирские дела. Архиерей, пусть даже являющийся патриархом, если оставит свой престол, то может быть судим епископами, но он также имеет право подать апелляцию Константинопольскому патриарху, как самой верховной духовной власти, а, потеряв архиерейство (даже при добровольном отказе), лишается тем самым священства. Именно Мелетий ездил по христианскому Востоку, договаривался о том, что патриархи приедут, и в результате в 1666 году в Москву прибыли Патриарх Александрийский Паисий и Патриарх Антиохийский Макарий для участия в Соборном разбирательстве по делу Патриарха Никона, после чего Русская церковь получила нового Предстоятеля.

Складень с панагией. Первая половина XVII в.
Рака для мощей великомученицы Екатерины. 1687—1688 гг.

— Использовались ли вами документы из российских архивов?
— Безусловно. Дело в том, что Синайский монастырь при дочери царя Алексея Михайловича, царевне Софье, стал ктиторским монастырём русских самодержцев. А история эта началась, когда у Алексея Михайловича родилась дочь — царевна Екатерина. Обстоятельства были такими: за день, как царица должна была разрешиться от бремени, царю во сне было явление великомученицы Екатерины. Утром, когда гонец из Кремля привёз известие, что царица родила дочь, выбор её имени был предопределён. Недалеко от современного города Видное был основан Екатерининский монастырь, и принято решение помогать Синайскому монастырю. В результате он был взят под покровительство русского царствующего дома. Уже при царевне Софье, при малолетних царях Иване и Петре, туда была отправлена замечательная серебряная рака, и поныне находящаяся в алтаре монастырского собора. Мы изучали этот великолепный памятник русского ювелирного искусства ХVII века. Есть там и вторая рака — ХIХ века. Предположительно, она была изготовлена на средства графини Орловой, дочери графа Орлова-Чесменского, которая делала колоссальные подарки христианскому Востоку. Но пока подтверждающие документы в архивах не найдены.

— Поделитесь секретом, как фотографировали изображение раки святой Екатерины? Наверняка, это технически очень сложно.
— Рака — довольно большой предмет, обитый позолоченным серебром. Сверху на крышке — рельефное изображение великомученицы Екатерины в полный рост. Установить свет было очень сложно. Лишь, задействовав огромную лестницу и проявив чудеса эквилибристики, после огромного числа дублей нам удалось получить нужный результат.

— Какова была история взаимоотношений России с Синаем?
— Первое, засвидетельствованное в документах, появление посланцев Синайского монастыря в Московском государстве относится к 1519 году. Синаиты нашли в лице великого князя Василия Ивановича (1505—1533) щедрого жертвователя и вернулись домой с богатым подаянием. В 1571 году царь Иван Васильевич Грозный (1533—1584) направил на православный Восток большие пожертвования на помин души царицы Анастасии и своего брата, великого князя Юрия. В своём письме к архиепископу Евгению государь писал: «...послали есмя ныне к тебе по них милостину не сполна для нынешнего путного дальнего шествия ...И аже дасть Бог, вперёд для вечного поминания большую свою милостину к вам по них пошлём». В ХVII веке произошёл отток духовенства, монашества, паствы из стран христианского Востока в связи с завоеванием его турками. Естественно, что православным монастырям опираться было не на кого, и иерархи приезжали в Московское государство для того, чтобы собирать милостыню. Но для этого необходимо было получить жалованную грамоту.

Икона «Святитель Николай Чудотворец (оплечный)», в окладе с надписью на обороте. XVI в.

— Разъясните, пожалуйста, что это за документ? Жалованные грамоты были найдены на территории России, или они находились в стенах монастыря?
— Так назывался акт, предоставлявший известные льготы и преимущества в силу милости государя. Процесс регулировался при царском дворе — каждое прошение рассматривалось и выдавалось разрешение на периодические визиты на территорию Московского государства (раз в два года, раз в пять лет), чтобы в указанных городах беспрепятственно собирать средства на поддержку христианства. Существовал бюрократический порядок: сначала готовился проект документа и его черновик, так называемый отпуск. Он хранился в Российском архиве древних актов. А на Синае мы нашли оригиналы! Они оформлялись художественно — такая была традиция. В тексте грамоты золотом делались роскошные заставки, специальным способом всё запечатывалось, завязывалось на шнурочки, вкладывалось в шёлковые футляры. Кое-что стало ветхим от времени, но многое сохранилось и находится в хорошем состоянии.

— Кто или что-либо помогало вам в изысканиях?
— Понимаю ваш вопрос. Было нечто такое — особенное..., мистическое... Понимаете, перед нами открылись двери... Мы смогли договориться... В монастыре поверили, что у нас добрые намерения, и что мы пришли ради дела и готовы многим жертвовать. То есть, это была такая серьёзная проверка, которая часто имеет место именно в греческих монастырях. Мы её с честью выдержали, и дальше всё пошло так, как мы и ожидать не могли. В результате перед нами раскрылся внутренний мир и дух этого священного места. Его атмосфера проникает в каждую твою клеточку, и ты испытываешь невероятный подъём сил и вдохновения! Даже когда встречаются какие-то трудности, они разрешаются, и вот это ощущение просто неземной радости сопровождало нас в каждый приезд на Синай. Более того, когда мы оттуда уезжали, чувствовали физическое отторжение от чего-то важного, священного.

Икона «Господь Вседержитель»,  в окладе. 1550—1560-е гг.

— В России есть образцы этого периода времени, той же школы иконописи? Не потеряли мы это наследие? Что можете сказать о сохранности синайских икон?
— Потеряли, конечно, многое... Но образцы с подобным стилем письма имеются. Надо понимать, что на христианский Восток старались посылать самые лучшие образцы иконописи — это были подарки, как правило, от царствующего дома, знатных людей, в подтверждение того, что русские цари поддерживают православие. Касается это и другой церковной утвари. Подарки роскошны. Другая особенность синайских икон — их очень хорошая сохранность, изумительная по большей части. Связано это, как с особенностями климата, так и с отличными условиями содержания. Единственные утраты на иконах, которые находились в монашеских кельях, «сцелованное» изображение Христа. Ведь какое у монаха правило — он входит в келью и первым делом прикладывается к иконе. Кто-то позже чуть поновил Лик, рисунок восстановил, остальные фрагменты очень целостные. Иконы в приделе Неопалимой Купины ещё и эталонные, потому что нет ничего привнесённого. Кроме того, мы приблизительно узнали, когда та или иная группа икон туда попадала, на них есть определённые датирующие признаки, иными словами — вехи, которые позволяют остальной материал, недатированный, располагать в правильной последовательности или, по крайней мере, причислять его к какому-то периоду.

— Получается, вы ещё и искусствоведческую экспертизу проводили?
— Конечно! Оказалось, что, как правило, иконы приходили партиями, выполненные в одной мастерской, и оклады, и живопись. Мы соотносили их с датами приездов посольств, начиная с ХVI века, и на протяжении ХVII века, основываясь на архивных документах. И это уже была работа в наших российских архивах.

Митра. 1640—1642 гг.

— Если говорить о самых неожиданных фактах, были ли такие? Что-то новое Вы открыли для себя, для науки?
— Подписные иконы. Одна из них — икона мастера Оружейной палаты Макария Осташевца-Потапова, художника из города Осташков, который служил при царском дворе, был изографом и принадлежал к большой семье Митиных-Потаповых. В собрании нашего музея находятся иконы его родственников. В Синае есть невероятной красоты икона старшего представителя, который своих родных и двоюродных братьев учил иконописи. Интересно было обнаружить на двух иконах ХVI века греческую надпись вкладчика «Семён Прозунов», сделанную на холщёвых рубашечках из холстины тёмно-синего цвета, которыми тогда оборачивали иконы. Бархатом их стали затягивать в более позднее время. В российских архивах мы выяснили, что в 50-е годы ХVI века царь Иван Грозный посылал большие денежные дары в Константинополь, на Афон и на Синай с посольством, в составе которого был московский купец Семён Борзунов. Ошибку в имени допустил монах-грек, записавший его со слов купца.

— С Синайским монастырём работы завершены?
— Надеюсь, что нет. Мы передали в Синайский монастырь экземпляры книги через члена Священного синода библиотекаря отца Юстиноса, когда он  приезжал на торжества, связанные с тысячелетием присутствия русских монахов на Афоне. Ему всё понравилось: «У нас есть ещё много интересного, — сказал он, — и мы воспринимаем это только как первый этап нашего сотрудничества». Пусть это будет продолжением даже на следующие 15 лет. Главное, чтоб они были насыщены интересной работой. Мы открыты этому.

Интерьер Спасо-Преображенского собора

— Недавно я прочитал про иеротопию. Можете подробнее рассказать об этом явлении?
— Иеротопия — не совсем наука. С одной стороны, это одна из тем изучения, а с другой — то, как действует на нас магия священного места. По сути — это ландшафтное объединение с духовными сакральными символами путём создания атмосферы святого места, которое воспринимается как сакральное, поскольку с ним связаны какие-то святыни. Пространство моделирует состояние человека. Попадая туда, понимаешь, что вот оно — величие…Человек должен попытаться остаться в этой обстановке, отрешиться от того, что является внешним, наносным, и сосредоточиться на глобальных духовных мотивах, внутреннем созерцании, обращении к Господу. Как при соборном общении, когда чувствуешь себя частичкой прихода, где ты не одинок, не наедине со своими житейскими проблемами и бедами, а с общиной, которая может оказать помощь, дать духовную поддержку. Мастера, которые организовывали пространство храма, рассчитывали на определённый результат, который может варьироваться в каждом отдельном случае. Однако общий вектор этого духовного состояния определён.

— То, что музей размещён в монастыре, способствует душевному настрою?
— Понимаете, я просто другой жизни не знаю, я здесь живу со студенческой скамьи (смеётся). Поэтому мне трудно с чем-либо сравнивать, для меня это как дом родной. И если уже много лет я никуда не ушла, это о чём-то говорит.

Работа экспертной группы

— Я имел в виду, что иконы должны всё-таки храниться в привычной для них обстановке.
— Икона — объект поклонения Господу. Но она и художественное произведение. А мы этот момент нередко упускаем. А ведь даже сильно религиозным людям древняя икона часто закрыта, они её богатства не воспринимают. Задача музея — открыть глаза на эстетику иконы. И настоящие художники древности, иконописцы, всегда стремились к этому.

— Известно, что на написание иконы надо получить благословение, а иконописец должен определённым образом настроиться перед работой, потому что это своеобразное служение.
— Были определённые правила. В монашеской среде они соблюдались. Но, к примеру, по документам известно, что в Оружейной палате некоторые иконописцы сильно пили, и сотоварищи брали их на поруки, потому что те были талантливы. Конечно же, икона предполагает очень сильную эстетическую составляющую. Мы же воспитаны на книжках, на учебниках с картинками художников-передвижников, и такой фотографический реализм со школьной скамьи вкладывается в головы детей. А эстетика иконы иная, её язык условный. Любое средневековое искусство не подразумевало приближенности к натурности, в нём — знаковость, символизм. Для людей это гораздо более правдиво, нежели фотографический реализм. К сожалению, восприятие древнего языка иконописи постепенно утрачивается. А икона, она действительно, должна существовать в родных стенах. У нас на территории уже очень давно действующий собор, в корпусах которого живут иконы. И это для них самое подходящее место. А вообще есть мечта — добиваемся сейчас, чтобы нам передали усадьбу Хрящевых. В год семидесятилетия музея такое решение было бы достойным вкладом в будущее. А это значит — новые проекты, новые выставочные программы, новые экспозиции шедевров, которым нет равных.