НИКОЛАЙ ДИДЕНКО: «ДЕТИ УЧАТ НАС ДОБРОТЕ, УМЕНИЮ ПОМОГАТЬ ВСЕМ, КТО В ЭТОМ НУЖДАЕТСЯ»

Дата: 
01 сентября 2017
Журнал №: 
Ребята на палубе круизного теплохода

О детях с безграничными возможностями, «Белом пароходе» и людях света в интервью российского оперного певца Николая Алексеевича Диденко.

Текст: Николай Кузнецов
Фото: Илья Стариков

Николай Алексеевич Диденко

— Николай Алексеевич, в этом году Вы стали номинантом и лауреатом премии «Грэмми», своеобразного «Оскара» в музыке и исполнительском искусстве. Каков был мотив для участия в конкурсе?
— Не первый год я сотрудничаю с известным польским композитором и дирижёром Кшиштофом Пендерецким. Он приглашает меня к исполнению своих сочинений. Не так давно его новое произведение Dies Illa, посвящённое 100-летней годовщине Первой мировой войны, прозвучало в Брюсселе в рамках грандиозного концерта «Тысяча голосов за мир», где выступали хоры из всех стран — участников войны. На мероприятии присутствовали королева Бельгии, представители Евросоюза. После концерта было принято решение записать Dies Illa, для чего я специально ездил в Варшаву. Нас, исполнителей, собрали тогда из разных концов земли. Честно говоря, спустя какое-то время про эту запись я забыл. Поэтому, когда раздался телефонный звонок: в новостях передают — тебя номинировали на «Грэмми», всё, что я мог сказать: «Здесь какая-то ошибка...».

— То есть к той записи Вы отнеслись, как к рядовому событию?
— Да, таких записей много. Помню — заглянул в интернет — правда, есть номинация. Позже, конечно, переживал и во время объявления результатов, и во время вручения, я тогда в Нью-Йорке работал. Мы очень ждали, как на иголках сидели... Полететь в Лос-Анджелес, увы, не удалось. Но факт в биографии остался, и это здорово.

— Как бы Вы охарактеризовали особенности Вашего голоса?
— Многие называют его абсолютным басом — диапазон позволяет исполнять фактически любую басовую музыку. Вот и Вагнера уже пытаюсь петь. Его произведения требуют не только моральной и вокальной готовности, но и определённого возраста. Обычно молодые певцы на Вагнере теряют голос, потому что там мощнейший двойной состав оркестра и много медных инструментов. И нужно достичь определённого уровня мастерства, чтобы не кричать и при этом перекрывать огромный оркестр. По музыкантским понятиям — безумно сложная музыка, которая требует интеллектуального подхода и умения работать с немецким текстом, что тоже сложно.

Радость общения

— Кого из мастеров исполнительского искусства, с кем Вам довелось работать, можете отметить?
— Мне повезло, я работал с величайшими артистами мира, в том числе и с теми, кто уже стал историей. Когда я был студентом, Владимир Иванович Федосеев сделал для меня подарок: дал возможность выступить в концерте Миреллы Френи и Николая Гяурова. Концерт проходил в Москве. Френи поёт до сих пор, а Гяуров скончался довольно давно. Это было и есть важное событие в моей жизни. Я пел с Рене Флеминг, «золотым стандартом сопрано». С великим басом Брином Терфелем. Работал с такими дирижёрами, как Нелло Санти, Марко Армильято.

— Вы являетесь художественным руководителем благотворительного фестиваля «Белый пароход». Это проект, цель которого — поддержка детей с особенностями развития и ограничениями по здоровью, детей-сирот, детей из неблагополучных, неполных, многодетных семей. Скажите, это Ваша потребность делиться опытом или желание помочь тем, к кому судьба оказалась не слишком благосклонна?
— И то, и другое. Я попал на Дальний Восток и провёл первую школу по просьбе Московского фонда «Мир искусства». Там мы встретили детей, состояние здоровья которых очень тяжёлое, двоих уже нет, они жили музыкой и пением. И, может быть, благодаря нашему знакомству их жизни немного продлились. Было ясное понимание, что не можем их предать, потому что они ждали каждого нашего приезда. Я говорю «мы», поскольку это была целая команда: заслуженный артист России Александр Покидченко, пианист потрясающий, мы вместе концертировали. Саша уже больше 10 лет в проекте и всегда освобождает август для нашей поездки. Он отдаёт всего себя. Мы обязательно исполняем его потрясающие песни для детей, он ведь и композитор замечательный. Вот так родилась идея создания уникального лагеря на теплоходе. Особенность проекта в том, что он собирает разных, но очень талантливых детей, чтобы они чувствовали себя абсолютно наравне с остальными артистами, пели в хоре, учили сольные песни, занимались с другими детьми. Смысл именно в интеграции.

Актриса Екатерина Гусева на выставке Дианы Слипецкой

— По сути, это не только музыкальное воспитание и образование, но ещё и социальная адаптация, которая помогает чувствовать себя нужными…
— Конечно! А что касается моей потребности... Может быть, в силу того, что много времени провожу за границей, я очень люблю Россию. Возможностей остаться на Западе,  в Америке было немало, я отказался. В Европе постоянно предлагают работать, в Гамбурге, в Вене... Со мной работает хорошее английское агентство, которое представляет меня по всему миру. Но любой приезд в Россию — подарок. Ценю абсолютно каждую минуту здесь. Когда возник проект, он заполнил те пустоты, которые меня беспокоили. Сейчас это такая абсолютно неотъемлемая часть жизни, без которой не представляю себя. Хочется помогать, хочется быть полезным своей стране, как бы пафосно это ни звучало. Хочется, чтобы у нас выросло новое поколение детей, которое любит настоящую  музыку. Мы пытаемся привить хороший вкус. Если обратите внимание, то наши концерты состоят из умной, интеллектуальной, интересной музыки. Весь репертуар — это произведения,написанные на стихи великих поэтов-песенников, поэтому дети быстро и продуктивно развиваются.

— Правильно ли понимаю, что эта деятельность Вас сподвигла к занятию педагогикой?
— Всё происходило параллельно. В 16 лет совершенно случайно я попал в храм. Петь. Это случилось в городе Фрязино, где был приход патриаршего подворья. Приехал туда некрещёным. Буквально на первых же службах у них возникла необходимость в регенте, я попробовал, получилось. Через год наш коллектив победил в Польше на конкурсе православных хоров, мы взяли первую премию и приз зрительских симпатий. Через год в Минске вновь взяли первую премию. То есть своё развитие я начал как дирижёр, поэтому с детьми работаю, в общем-то, всю сознательную жизнь. Потом пошла сольная карьера, меня приглашал хор Сретенского монастыря, как дирижёр я записывал с ними диск. Один год проработал педагогом хора в Детской школе искусств им. М. А. Балакирева, там тоже организовывал хоровой коллектив. И уже 12-й год — «Белый пароход». Ко мне часто обращаются воспитанники из разных учебных заведений, пишут в интернете, просят послушать. Никому не отказал, говорю, вот приеду, буду в такие-то дни в Москве, пожалуйста, звоните, могу вас послушать и порекомендовать что-то, посоветовать... И никогда в жизни не брал за это деньги, это моя принципиальная позиция.

Архиепископ Сергиево-Посадский Феогност на концерте с участниками хора

— Достойно. Многие силы Вы отдаёте, обучая детей. Получаете ли что-то взамен?
— Без сомнения. Если говорить о тяжелобольных детях, то полное ощущение, что мы больше у них учимся — правильному общению, доброте, умению замечать всё, что происходит вокруг, помогать всем, кто в этом нуждается. Скорее, они учат нас. Любой взрослый, кто бы ни приехал на «Белый пароход», у него жизнь меняется. Были такие, которых я сначала приглашал за деньги петь и работать с детьми. Так они до сих пор продолжают общаться, переписываются. У нас все называют друг друга на «ты», даже известных артистов, которые почитаемы везде.

— Мне кажется, этим деткам характерно отсутствие фальши, боль и преодоление делают их сильнее. У них, как говорится,душа без кожи... Наш журнал тоже поддерживает детей с тяжёлыми заболеваниями.Это общение, которое проходит через сердце, а чужая боль... её ощущаешь буквально физически. А внутри одно желание — помочь. И ребята это ценят. В благодарность они готовы сделать многое, даже при своих ограниченных возможностях. Скажите, а кто ещё участвует в ваших программах из музыкантов, певцов, композиторов, кто ваши коллеги по проекту?
— Благотворительный проект «Белый Пароход» был создан в 2005 году Хабаровским краевым благотворительным фондом активного развития, интеграции детей-инвалидов, а именно её руководителем Юрьевской Ириной Анатольевной и мною. Много лет фестиваль проводился на борту теплохода «Василий Поярков». После смерти Ирины в 2015 году эстафету подхватила Наталья Цирульник — руководитель Хабаровского краевого благотворительного фонда «Счастливое детство». А в этом году к организации «Белого парохода» присоединился московский фонд «КПД СТО», возглавляемый Сергеем Морозовым. За эти годы в нём приняло участие более 1000 детей, более 50 выпускников проекта поступили в ведущие музыкальные учебные заведения России и зарубежья. География фестиваля обширна. Мы начинали с Дальнего Востока (Владивосток, Благовещенск, Комсомольск-на-Амуре, ЕАО), этот регион охвачен очень хорошо. Механизм взаимоотношений с министерством соцзащиты за эти годы отработан. Дети попадают к нам на прослушивание, а потом и на фестиваль. В этом году на проекте были дети из Калининграда, Москвы, Московской, Тверской и Свердловской областей. Также обсуждалась возможность прослушивания и участие детей Забайкальского края на фестивале в следующем году.
Среди музыкантов — заслуженный артист России Александр Покидченко, Илья Изотов, замечательный звукорежиссёр, который работает со многими известными артистами, Загит Алыков — великолепный барабанщик, уже много лет с нами, Анатолий Мачуленко — известный саунд-продюсер и гитарист, у него своя студия, в которой записываются самые знаменитые артисты. Команда сильная, со своей историей. Лёша Максимов из Комсомольска-на-Амуре написал мне, когда ещё был ребенком: «Могу ли я как-то поучаствовать в вашем проекте?». Он играл на бас-гитаре, и мы его взяли с собой. А сейчас он закончил эстрадно-джазовый колледж и стал одним из самых востребованных басгитаристов в Москве, играет с известными музыкантами, буквально пару месяцев назад поступил в Гнесинку...

Дети с особенностями здоровья поют в хоре наравне со всеми

— Бывает, что детки могут не дотягивать до общепринятых требований и стандартов. В этом случае Вы остаётесь строгим учителем или пытаетесь поддержать их шаги, которые, может быть, пока несовершенны?
— Мы стараемся подбирать песни, которые под силу исполнить нашим ребятам с учётом их голосовых, вокальных возможностей. Плюс они всегда всё делают вживую, под аккомпанемент ансамбля, иногда с бэк-вокалом воспитанников Академии хорового искусства. Для меня важна дисциплина, вот здесь я спуска не даю. Порой тяжело принимать жёсткие решения, но на мне такая функция — держать дисциплину, чтобы и духовно, и профессионально ребята росли и в то же время развивались как цельные личности.

— А формат фестиваля каким-то образом совершенствуется? Чем вы каждый год удивляете ребят?
— Конечно же, меняется музыкальный уровень. Сначала были пианист, дети, хор, дирижёр. Потом образовался целый бэнд, который играет вживую, аккомпанирует. Состоялись уже три концерта с симфоническими оркестрами, и, на мой взгляд, это абсолютно уникально. После советских времён не помню, чтобы был хоть один детский концерт целиком под аккомпанемент большого симфонического оркестра. Мы исполняли произведения и Александры Николаевны Пахмутовой, она, кстати, сама аккомпанировала, и это было огромное событие для детей, для нашего «Белого парохода» и, несомненно, для детской музыкальной культуры России.Впереди большие интересные проекты. Планируем сделать концерт, целиком состоящий из произведений Александры Николаевны, чтобы пели только дети и детский хор, играл симфонический оркестр. Большим плюсом является то, что появляется всё больше единомышленников. Нас поддержала Анна Нетребко, сотрудничаем с Валерием Абисаловичем Гергиевым. Я общался с ним не только как артист, но и на благотворительном поприще, и специально ездил к нему рассказывать о проекте. Он выделил нам зал — Приморскую сцену Мариинского театра во Владивостоке, мы там потрясающий концерт дали в марте этого года. Видимо, ему сказали, что концерт прошёл с успехом, и что можно в дальнейшем продолжать сотрудничество. Когда я вновь встретился с ним в Питере, он предложил сделать организацию таких концертов традицией.

— Вижу, как горят Ваши глаза. С такой любовью и увлечённостью Вы говорите о детях, о планах — это счастье! Желаем Вам востребованности, чтобы Вы занимались тем, что по сердцу, совмещая это с добрыми делами!
— Спасибо. Уверен, в вашем лице мы обрели надёжных друзей и единомышленников. Надеюсь, что в следующем году поплывём по Волге-матушке.

Совместное выступление с А.Н. Пахмутовой

Александра Пахмутова:
— Это величайшее дело! Великолепно всё. И главная радость в том, что появляются новые участники — замечательные ребята, прекрасные, талантливые! Но и совершенно замечательные взрослые люди, они могли бы просто спокойно работать в Москве. И вдруг такое озарение! И эти взрослые стали делать огромное и нужное дело, спасибо, дай Бог вам счастья! Хотелось бы, чтобы этот проект заметили не только мы с вами, чтобы были сделаны соответствующие выводы.
А мы получили огромное удовольствие! Ещё раз хочу поблагодарить Николая Диденко за великий подвижнический труд. Поблагодарить ребят, которые участвуют в хоре, солистов, всех и каждого. В хоре ощущаешь плечо друг друга, здесь рождается настоящая дружба. Дорогие ребята, даже если не будете дальше петь, сохраните это чувство. Грустно, что такой порыв души и сердца не находит серьёзной поддержки. Но когда маленькие дети будут петь «Аве Марию» Шуберта, гениальное сочинение Lacrimosa dies illa, любой чиновник расплачется, это же невозможно слушать спокойно. Вот тогда, надеюсь, сердца дрогнут. И у наших руководителей тоже... Надеюсь.

Николай Добронравов:
— Без слёз на это вообще нельзя смотреть! Участники — дети большей частью из малообеспеченных семей, дети-инвалиды. Много ли у них радости в жизни? А теперь у них есть хор, есть «Белый пароход», и это бесценно! Особенно в наше время... А здесь рождаются Дружба и великое Добро!

Гедиминас Таранда:
— Всё начиналось с добрых отношений, с желания сделать что-то светлое. Объединились люди, думающие в одном направлении, и свеча загорелась ярче. Таким было знакомство с «КПД СТО». Потом я пришёл к Диденко — и свеча вообще вспыхнула ярким светом. И вот постепенно собрались те, кто хочет служить свету и детям. То, что есть «Белый пароход» — фантастика. Плыть одну неделю, две, три, заниматься вокалом, петь всем вместе — это мечта. А когда они собрались и спели хоровые произведения, никто не мог поверить, как возможно за неделю это сделать. Очень рад, что концерты в Доме музыки и выступления возле Храма Христа Спасителя на юбилей нашей столицы — всё получилось отлично, что пришло много народу, и, самое главное, что это запомнилось детям на всю жизнь и слушателям. Но должен сказать, что двигаться вперёд становится труднее. Финансирование либо опаздывает, либо говорят, что его просто нет, либо оно будет, но неизвестно когда. Или звучит: делайте на свои. Многое можно показывать по телевидению, можно выступать перед нами с отчётами, но, к сожалению, ничего не происходит. Наши дети кроме нас, энтузиастов, продолжают быть ненужными обществу. Но мы добьёмся, чтобы ими занимались.

Подарок от участницы фестиваля Кати Бородулькиной

Владыка Феогност:
Из проповеди в храме святителя Алексия, митрополита Московского: «Благословенны те, кто, испытывая жизненные трудности, болезни и лишения, оставаясь крепкими духом,не впадают в уныние, не зарывают данные Богом таланты в землю. Ещё более благослоенны те, кто помогает первым развить эти таланты, внести в их жизнь радость и cвет». «Когда прикованная к креслу Катюша Бородулькина подарила мне свою картину «Крестный ход», я был удивлён стойкости её духа. Столько добра в её глазах. Это незабываемо. Всем, кто находится в «унынии», когда приходят мысли: «За что Бог наказывает меня? Куда же больше? Как мне жить?», я просто настоятельно советую этим людям непременно приехать и пообщаться с такими детьми, чтобы научиться у них оптимизму и умению радоваться каждому дню».

Екатерина Гусева:
— Я дружу с фестивалем «Белый пароход». Совместно с детишками принимала участие в концерте в таком ответственном зале, как Большой зал консерватории, это было в прошлом году. Уже около 10 лет с ребятами работает замечательный человек, мой учитель музыки Александр Покидченко. Я знала об этой его миссии. Когда появилась возможность самой посмотреть на процесс репетиций, была удивлена, как можно за столь короткий срок достичь таких результатов. Отчётные концерты смотрела и в Доме музыки в Светлановском зале, был большой концерт, который транслировался телеканалом «Культура». Поразительно! У меня было небольшое выступление перед детской аудиторией в лагере. В качестве благодарности Диана Слипецкая подарила мне альбом с уссурийскими тиграми. Она сама из Хабаровска, и первая мысль, которая у меня была: «Надо же, какой бесподобный фотоальбом, как же девочка красиво подмечает эти мгновения! Как же она в такой близости с животными оказалась?». И вдруг при ближайшем рассмотрении понимаю — это не фотоработы,а картины, выполненные цветными карандашами. И ощущение такое, что Господь водил её рукой... Сказать, что я была в шоке, не сказать ничего... У Дианы есть работа, где мама тигрица языком причёсывает своего маленького тигрёнка. «Сколько времени тебе потребовалось, чтобы изобразить «Нежность» (название картины)?» — спросила я. «Две недели», — ответила Диана. Потом, пообщавшись с мамой, узнала, что у девочки с 4 лет один глазик совсем не видит, а другой видит, но слабо. Когда она рисует, то смотрит через лупу, и взгляд охватывает лишь небольшой участок точечно, маленький такой фрагмент... Меня поразили удивительные слова Дианы, когда она подарила Николаю Диденко свою работу «Тигр»: «Он устал, но он продолжает идти, ведь он — хозяин тайги» (грустно улыбается). Понимаю, Николай очень устал, у него кроме собственной карьеры, семьи, есть эти дети. И на протяжении многих лет он отдаёт им своё время. А я, глядя на работы ребят, понимаю, что это не у них, это у меня ограниченные возможности... Потому что у этих людей они безграничны.