РУССКОЕ СЛОВО СПУТНИК

Дата: 
21 сентября 2017
Журнал №: 

Когда началась космическая эра? В ответ на этот вопрос американец бодро назовёт дату первого в истории прилунения, а большинство из нас — день первого в мире пилотируемого космического полёта. Но... всё началось со спутника. Шестьдесят лет назад, 4 октября 1957 года, человек впервые заявил о себе в космосе.

Текст:  Арсений Замостьянов

Первый советский искусственный спутник Земли

ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ
«Говорит Москва! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза! Московское время десять часов две минуты. Передаём сообщение ТАСС о первом в мире полёте в космическое пространство!». Голоса Левитана и Балашова звучали непередаваемо гордо, и, затаив дыхание, им внимали миллионы советских людей: победа! Через двенадцать лет после разрушительной войны Советский Союз открыл человечеству дорогу в космос...
У победы всегда есть творцы. Сергей Королёв, Валентин Глушко, Мстислав Келдыш (за каждой фамилией — школа!) и другие корифеи превратили советскую ракетную отрасль в самую передовую. Конструкция ракеты, уникальный двигатель, математические расчёты — всё на высшем уровне. Но большой научно-технический проект в ХХ веке — это серьёзнейшее индустриальное решение. А, значит, к фамилиям прославленных учёных следует добавить фамилии сотен проектантов и тысяч рабочих. Каждый из них — соавтор Спутника.
Космические чудеса пришли не по щучьему велению и уж, конечно, не вопреки существовавшему политическому строю. Абсолютно закономерно, что право быть первыми завоевали именно советские специалисты. Преемственность традиций, пропаганда уважения к труду, к научному поиску — важнейшие ценности того периода времени. Без стремления осваивать новые земли, дрейфовать на льдинах, перелетать через океаны мы не стали бы той сильной нацией, которую уважали и с которой считались. Подвиги Папанина, Чкалова, Громова, Павла Корчагина, даже Чапаева в исполнении Бориса Бабочкина — всё это предтечи космических побед. А скольких мальчишек привели в космос «Аэлита» Алексея Толстого, рассказы Казанцева, научно-популярные книги о межпланетных путешествиях Перельмана и Рынина? Идеология страны советов предлагала человеку смотреть вверх, на небо, искать себя в созидании.

Сергей Королёв

Да, время было жестокое. Королёв и Глушко — отцы нашей космонавтики — прошли через лагеря. И всё-таки именно советская цивилизация принесла нам славу космических первопроходцев. По Гумилёву, пассионарность проявляется в способности к целенаправленному сверхнапряжению. Можно ли точнее определить стиль советского рывка как не исключительной целеустремлённостью, энергичностью, честолюбием, гордостью? Это было присуще и штангисту-фронтовику Аркадию Воробьёву, и богатырю Юрию Власову, и, конечно, главному конструктору Сергею Павловичу Королёву. Направления усилий могли быть разные, стиль один — преодоление, терпение, победа.

ГОНКА
«Протянувшись через весь континент от Штеттина на Балтийском море и до Триеста на Адриатическом море, на Европу опустился железный занавес», — эти слова Уинстона Черчилля, произнесённые 5 марта 1946 года в американском Фултоне, стали точкой отсчёта начала Холодной войны, начала противостояния систем и взглядов на будущее человечества. Социализм демонстрировал убедительные успехи в восстановлении экономики. Но СССР считался сверхдержавой только в военной и политической сферах. По золоту, технологиям, уровню жизни тягаться с Америкой было трудно. А Сергей Королёв уже начал «космическую гонку» — не в одиночку, ведь он был только первым среди равных в плеяде конструкторов, в «совете главных», каждый из которых отвечал за свой участок в общем деле. Вступил в гонку и американский ракетный гуру — Вернер фон Браун. Американский, да не совсем. Этот конструктор, природный немец, носивший звание штурмбаннфюрера СС, опережал коллег ещё в 1930-е годы. Если бы Гитлер столь поспешно не развязал Вторую Мировую войну, первым в космосе мог бы оказаться летательный аппарат со свастикой на боку. И назывался бы он не спутником, а как-нибудь на тевтонский манер. Немец фон Браун, как и Королёв в России, с молодых лет мечтал о пилотируемом полёте на Луну. В 1945-м к лаборатории фон Брауна в Пенемюнде приближалась Красная Армия. Он не симпатизировал социалистическим идеям и сделал всё, чтобы сдаться американцам. 2 мая 1945 года, заметив солдата из 44 пехотной дивизии США, брат Вернера и по совместительству его коллега инженер-ракетчик Магнус догнал на велосипеде солдата и сказал на ломаном английском: «Меня зовут Магнус фон Браун. Мой брат изобрёл Фау-2. Мы хотим сдаться». Американцы не упустили выгоду. Они «отмыли» конструктора от связей с нацизмом, создали для него фиктивную биографию, подделали документы. Так он стал крупнейшим в США конструктором ракет, отцом американской космической программы. К середине 1950-х в Америке готовили сразу три типа ракет, которые могли стать носителями для космических аппаратов. Но и в СССР ракетная техника развивалась быстро, хотя и в более аскетических условиях.

Вернер фон Браун после сдачи в плен союзникам в мае 1945 г.

Одним из первых шагов к космосу стал запуск геофизической ракеты с собачками в кабине на полигоне Капустин Яр. Одноступенчатая ракета Р-1 модификации В-1В поднялась на высоту около 101 км, достигнув линии Кармана — условной границы атмосферы Земли и космоса. Контейнер с собаками благополучно приземлился в нескольких километрах от стартовой площадки. Это был мировой рекорд. Дворняжки Дезик и Цыган стали первыми животными, осуществившими полёт на ракете на огромную по тем временам высоту и благополучно вернувшимися обратно. Королёв обнимал собак, они остались живёхонькие. Иногда их называют первыми космонавтами — разумеется, условно. Этот полёт состоялся 22 июля 1951 года. Всего лишь через шесть лет после окончания войны Советский Союз был способен на феноменальные научно-технические достижения. К сожалению, запуск Цыгана и Дезика десятилетиями оставался секретным. Но американцы ракетную активность русских отслеживали и вряд ли недооценивали. Получали необходимую информацию и советские политики, а вслед за ними — и учёные.
Королёв не скрывал от соратников и учеников: мы должны оказаться впереди «американов», говорил он. И понимал, что состязается с отцом Фау! Прорывных идей у советских конструкторов хватало. Но и «промышленная культура» не должна была подвести. Вопреки расхожим представлениям, ракетную, а в будущем — и космическую отрасль никогда не осыпали золотом. У таких кураторов из Совета министров и ЦК КПСС, как Дмитрий Устинов, Леонид Смирнов, Алексей Косыгин, каждый человеко-час, каждая цистерна горючего были на карандаше. А там, где речь шла об эксперименте, о шагах в незнаемое, неизбежны неудачи, которые иногда стоили государству миллионы рублей. Правда, неудачи эти были относительными, а опыт давали бесценный — но попробуйте убедить в этом въедливого администратора, который каждый день имел дело с «тришкиным кафтаном».

В шестом номере журнала «Радио» за 1957 год публиковались радиочастоты и вид сигналов будущего спутника

Талант, помноженный на трудолюбие, давал ощутимые результаты. 20 мая 1954 года вышло постановление правительства о разработке двухступенчатой межконтинентальной ракеты Р-7, которая станет чудом техники ХХ века. Она сыграет ключевую роль в истории мировой космонавтики. Ракету ещё не довели до финальных кондиций, а Королёв уже требовал от властей разрешения на запуск Спутника. «Семёрку» готовили для военных целей, её появление должно было приструнить американцев. Но и о задачах, поставленных Циолковским, наши конструкторы не забывали никогда.
В 1957 году после испытаний Р-7 советские учёные готовили к запуску спутник Земли, нашпигованный по последнему слову техники научной аппаратурой. Он должен был весить аж полторы тонны. Но аппаратуру явно не успевали отладить к намеченной дате — 6 октября. Королёв понимал: если американцы первыми прорвутся на орбиту, догнать их будет крайне сложно. Наш шанс был оперативно использовать преимущества «семёрки». И академик обратился в ЦК с предложением: «Имеются сообщения о том, что в связи с Международным геофизическим годом США намерены в 1958 году запустить ИСЗ. Мы рискуем потерять приоритет. Предлагаю вместо сложной лаборатории «Объекта Д» вывести в космос простейший спутник». То есть — максимально упростить аппарат, но организовать запуск. Предложение было принято, началась подготовка запуска простейшего спутника «ПС».
Молодые учёные — а среди них был будущий дважды Герой Советского Союза, лётчик-космонавт Георгий Михайлович Гречко — бурно спорили с главным конструктором: «Как же так, вместо серьёзного научного прибора мы запускаем простой передатчик, давайте хоть установим на нём датчик давления, датчик температуры!..». Королёв терпеливо объяснял, что пока мы будем готовить спутник под эти датчики, американцы уже третий запуск осуществят, и вдруг он будет успешным? А приоритет в космосе имеет немалое значение.

МЕЛОДИЯ КОСМИЧЕСКОЙ ЭРЫ
Ещё никому не удавалось совершить великое открытие без риска, без напряжённой борьбы, без тактических неудач. Академик Борис Черток вспоминал: «В 1957 году, когда СССР запустил первый земной спутник, только шестой пуск ракеты Р-7 оказался успешным. Американцы тоже торопились. Удивительно, что военные поняли политическую важность искусственного спутника и выделили Королёву ракету. Её надёжность была 20—30 %. Тяга выровнялась всего за 0,1 секунды до аварийного отключения двигателя. Спутник, с которого сняли все приборы, вышел на орбиту на 90 км ниже расчётной, но 4 октября 1957 года весь мир узнал: первый спутник — советский!».

Почтовая марка СССР

Как должен выглядеть спутник? Вроде бы простой вопрос, но дискуссия вокруг него разгорелась жаркая. Королёв настаивал: только шар. Даже если его форма окажется менее удобной для размещения аппаратуры. Во-первых — обтекаемая форма шара хорошо изучена с точки зрения аэродинамики. А, во-вто-рых и в главных, шар — это маленькая модель Земли. «Когда человечество увидит искусственный спутник, он должен вызвать у всех добрые чувства. Что может быть выразительнее шара? Люди воспримут спутник как символ космической эры», — рассуждал Королёв.
Не менее важно и удачно найденное слово. Русские учёные ещё в XIX веке называли небесные тела «спутниками планет». Русское слово «спутник» — это надёжность и доброта. По словарному определению: «попутчик, товарищ в пути». Первый искусственный спутник Земли стал верным товарищем на пути к пилотируемой и автоматизированной космонавтике.
Королёв всё-таки был романтической натурой, хотя тщательно скрывал эти «слабости». Великий день покорения космоса он обставил торжественно. За несколько минут до пуска на стартовой площадке появился трубач. Запрокинув голову, он поднёс к губам горн, и зазвучала мелодия, ставшая прологом космической эры. Спутник словно ответил трубачу своими позывными — уже с орбиты. Так задумал главный конструктор. С тех пор горнист никогда не появлялся при запусках ракет: начать космическую эру можно только один раз. И это случилось 4 октября 1957 года.

СООБЩИЛО МИРУ ТАСС
Когда Спутник ушёл за горизонт, люди на космодроме выбегали на улицу и с криками «Ура!» качали конструкторов и военных. И ещё на первом витке прозвучало сообщение ТАСС. Прозвучало на весь мир. На русском языке его зачитывали наши замечательные дикторы Юрий Левитан и Виктор Балашов. Крайне редко официальные сообщения составлялись столь логично и содержательно. Но запуск первого в мире искусственного спутника планеты — особое событие, тут всё было исключением из правил:

Почтовая марка СССР на тему первого Спутника

«В течение ряда лет в Советском Союзе ведутся научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по созданию искусственных спутников Земли. Как уже сообщалось в печати, первые пуски спутников в СССР были намечены к осуществлению в соответствии с программой научных исследований Международного геофизического года.
В результате большой напряженной работы научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро создан первый в мире искусственный спутник Земли. 4 октября 1957 года в СССР произведён успешный запуск первого спутника. По предварительным данным, ракета-носитель сообщила Москвы 5 октября 1957 года спутник пройдёт дважды — в 1 час 46 мин. ночи и в 6 час. 42 мин. утра по московскому времени. Сообщения о последующем движении первого искусственного спутника, запущенного в СССР 4 октября, будут передаваться регулярно широковещательными радиостанциями.
Спутник имеет форму шара диаметром 58 см и весом 83,6 кг. На нём установлены два радиопередатчика, непрерывно излучающие радиосигналы с частотой 20,005 и 40,002 мегагерц (длина волны около 15 и 7,5 метра соответственно). Мощности передатчиков обеспечивают уверенный приём радиосигналов широким кругом радиолюбителей. Сигналы имеют вид телеграфных посылок длительностью около 0,3 сек., с паузой такой же длительности. Посылка сигнала одной частоты производится во время паузы сигнала другой частоты. Научные станции, расположенные в различных точках Советского Союза, ведут наблюдение за спутником и определяют элементы его траектории. Так как плотность разрежённых верхних слоев атмосферы достоверно неизвестна, в настоящее время нет данных для точного определения времени существования спутника и места его вхождения в плотные слои атмосферы. Расчёты показали, что вследствие огромной скорости спутника в конце своего существования он сгорит при достижении плотных слоёв атмосферы на высоте нескольких десятков километров.
В России ещё в конце 19 века трудами выдающегося учёного К. Э. Циолковского была впервые научно обоснована возможность осуществления космических полётов при помощи ракет. Успешным запуском первого созданного человеком спутника Земли вносится крупнейший вклад в сокровищницу мировой науки и культуры. Научный эксперимент, осуществляемый на такой большой высоте, имеет громадное значение для познания свойств космического пространства и изучения Земли как планеты нашей солнечной системы. 

В течение Международного геофизического года Советский Союз предполагает осуществить пуски ещё нескольких искусственных спутников Земли. Эти последующие спутники будут иметь увеличенные габарит и вес, и на них будет проведена широкая программа научных исследований. Искусственные спутники Земли проложат дорогу к межпланетным путешествиям, и, по-видимому, нашим современникам суждено быть свидетелями того, как освобожденный и сознательный труд людей нового, социалистического общества делает реальностью самые дерзновенные мечты человечества».
Впервые в истории сотни миллионов людей могли наблюдать в лучах восходящего или заходящего солнца перемещающуюся по тёмному небосводу искусственную звезду, созданную руками человека. И мировое сообщество восприняло это событие как величайшее научное достижение.
День запуска первого искусственного спутника Земли совпал с открытием очередного международного конгресса по астронавтике в Барселоне. Академик Леонид Иванович Седов, не скрывая улыбки, сделал сенсационное объявление о выводе на орбиту Спутника-1. Так как руководители советской космической программы в силу секретности проводимой работы были неизвестны в широких кругах, именно Седов стал для мировой общественности «отцом» спутника, хотя он не принимал непосредственного участия в подготовке запуска.

РЕЗОНАНС
Мировой резонанс запуска первого спутника был выше, чем после гагаринского полёта и чем после первой экспедиции на Луну.  Столь громкого эффекта не ожидали ни Королёв, ни тем более Хрущёв. Человечество вздрогнуло — кто от счастья, кто от ужаса, ощутив поступь будущего. Это был неслыханный прорыв. «90 процентов разговоров об искусственных спутниках Земли приходилось на долю США. Как оказалось, 100 процентов дела пришлось на Россию...», — язвили журналисты не только в мире социализма.
Физики и лирики наперебой бросились воспевать новое чудо света. Лучше всех получилось у Ярослава Смелякова — его стихотворение появилось в газетах на удивление оперативно, при этом оказалось нескоропортящимся товаром:
Мы утром, пока ещё смутно,
Увидеть сегодня могли,
Как движется маленький спутник —
Товарищ огромной Земли.
Хоть он и действительно малый,
Но нашею жизнью живёт.
Он нам посылает сигналы,
И их принимает народ.
Победа советского строя.
Путь в дальнее небо открыт.
Об этом звезда со звездою
По-русски сейчас говорит.

Обложка журнала «Time»

А передовицы советских газет сообщали: «За последнее время это — пятое великое достижение советской научной мысли: атомная электростанция, синхрофазотрон, самолёт «ТУ-104», межконтинентальная ракета и, наконец, спутник Земли».
Среди публикаций тех дней приведу одно письмо в редакцию «Комсомольской правды», весьма эмоциональное: «Моя профессия совсем далека от техники и межпланетных полётов. Я пекарь. Семнадцать лет работаю на фабрике. Наши изделия вы в любом магазине купить можете — на этикетках написано: бисквитная фабрика «Большевик». Вчера, когда я собиралась идти на смену, услышала по радио, как диктор говорил: «Создан первый в мире искусственный спутник Земли». Очень радостные слова! И захотелось мне подарок сделать нашим героям — учёным и конструкторам. Знаете какой? Испечь невиданный торт — самый вкусный, самый сдобный. Ведь невиданное дело люди совершили — подняли в небо искусственный спутник. И если придут они к нам в гости, скажем им наше спасибо и предложим отведать этот торт». Но спутник создали засекреченные учёные, и в открытую чаёвничать с кондитерами им не рекомендовалось.
Позывные спутника, которые утвердил Королёв, слышали во всём мире. Многие различили в них четыре звука на азбуке Морзе — СССР. В тот день Советский Союз казался всемогущим. В Штатах это вызвало панику: русские опередили нас в космосе. А могут ли они использовать этот пресловутый спутник как площадку для пуска ракет на Америку? Ведь от русских всего можно ожидать! После мировых войн США считали себя неуязвимыми. А тут советский летающий аппарат, нависший над всей Америкой... Менялась психология американских политиков, они вынуждены были признать Советский Союз равновеликой силой. Но не только политики запомнили это слово — спутник.
«В ту ночь, когда спутник впервые прочертил небо, я глядел вверх и думал о предопределённости будущего. Ведь тот маленький огонёк, стремительно двигающийся от края и до края неба, был будущим всего чело-вечества. Я знал, что хотя русские и прекрасны в своих начинаниях, мы скоро последуем за ними и займём надлежащее место в небе (...). Тот огонёк в небе сделал человечество бессмертным. Земля всё равно не могла бы оставаться нашим пристанищем вечно, потому что однажды её может ожидать смерть от холода или перегрева. Человечеству было предписано стать бессмертным, и тот огонёк в небе надо мной был первым бликом бессмертия. Я благословил русских за их дерзания...», — так рассуждал Рэй Брэдбери. Писателя-фантаста открытия не пугали, а восхищали.

Первая межконтинентальная баллистическая ракета в мире, прошедшая успешные испытания - Р-7

Но, увы, мало кто в Америке проявлял столь просвещённую солидарность с советскими триумфаторами. Для ортодоксов любого оттенка тот октябрьский день стал настоящим кошмаром: их ужасал прогресс, в особенности — под советскими знамёнами. Популярный чернокожий исполнитель рок-н-ролла Литтл Ричард (его песенка «Тутти фрутти» до сих пор считается классикой жанра) в те дни давал концерты в Австралии. А там возник ажиотаж: говорили, что советский «космический корабль» как раз пролетает над континентом кенгуру! Перед очередным концертом Ричард обратился к аудитории с короткой проповедью: «Советы проникли в космос. Они угрожают самому Господу Богу. В такой ситуации я не могу петь. Я ухожу». Не услышали тогда австралийцы «Тутти фрутти» в живом исполнении. Литтл Ричард ушёл со сцены, после чего несколько лет пребывал в депрессии, от которой находил успокоение в секте адвентистов седьмого дня.

ДАЁШЬ ЛУНУ!
Хрущёв всегда верил в ракеты как в мощный военно-политический довод, но пропагандистскую важность мирного освоения космоса осознал только после того, как ему рассказали об американской реакции на этот полёт. И тут надо отдать должное его политической хватке: космос быстро превратили в эффективное идеологическое оружие. Создавался образ Советского Союза как самой передовой страны мира. Через сорок лет после штурма Зимнего штурм космоса прошёл победно — что может быть эффектнее? И главное — в этом не было бахвальства. Победа на чистом сливочном масле, без фальсификаций. Всегда бы так. Первый американский спутник вышел на орбиты только 31 января 1958 года после серии неудач, от которых в окружении президента Эйзенхауэра уже царила паника.
А в СССР от покорителей космоса ждали новых захватывающих побед. «Даёшь Луну!» — этот лозунг никому не казался фантастическим. И новые триумфы, да какие яркие, не заставили себя ждать. Гордится такими победами можно и должно — даже через шестьдесят лет.