ЧЕТВЁРТАЯ ПРОМЫШЛЕННАЯ РЕВОЛЮЦИЯ В ДЕЙСТВИИ

Дата: 
03 марта 2018
Журнал №: 
Рубрика: 

Искусственный интеллект, беспилотные автомобили, робототехника, био- и генная инженерия, цифровая экономика, использование платформ для объединения людей, активов и данных с целью создания принципиально новых способов потребления товаров и услуг — всё это элементы четвёртой промышленной революции.

Текст: Екатерина Борисова

Клаус Шваб

НА ПОРОГЕ НОВОЙ ЭРЫ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
Первыми тремя промышленными революциями принято считать:

1. Изобретение парового двигателя в конце XVII века, благодаря чему было механизировано производство и дан толчок для развития машиностроения, транспорта, текстильной промышленности и других отраслей.
2. Открытие электричества в конце XIX века, что способствовало переходу на массовое производство. На поток было поставлено производство автомобилей Генри Фордом. В этот же период произошёл бурный рост в сталелитейной и химической промышленности.
3. Развитие электроники и информационных технологий, которые в конце XX века обеспечили цифровой прорыв. Появились компьютеры, которые впоследствии были объединены в информационные сети, что позволило автоматизировать производство.

Цифровизация пошла дальше, став неотъемлемой частью четвёртой промышленной революции. Она характеризуется слиянием технологий и стиранием граней между физическими, цифровыми и биологическими сферами. Ещё одна важная характеристика — чрезвычайно высокая скорость, с которой происходят перемены в технологической среде. Сразу вспоминается афоризм из «Алисы в стране чудес»: «...чтобы хотя бы оставаться на месте, нужно бежать». Это означает, что людям ближайшего будущего придётся постоянно переучиваться и осваивать новые профессии, так как старые будут исчезать. Неизбежность такого развития понимается не только учёным сообществом, но и мировой элитой. Технологический прорыв — необходимое условие для дальнейшего развития стран. По словам российского президента, нам крайне необходимо обеспечить рывок в здравоохранении, образовании, науке, высоких технологиях, инфраструктуре, а всё, что будет мешать движению в этих направлениях, нужно устранить: «Как бы нам ни хотелось цепляться за что-то, что нам кажется дорогим и близким, всё, что мешает идти вперёд, — всё должно быть зачищено, отброшено».

Термин «Четвёртая промышленная революция» был запущен основателем Давосского экономического форума Клаусом Швабом, и последствия данного явления третий год подряд становятся предметом обсуждения на этом представительном собрании. В этом году форум был посвящён таким проблемам, рождённым очередной промышленной революцией, как: сокращение временных горизонтов всех прогнозов; усиление проблемы социального расслоения и сокращения численности среднего класса. Особая тема — влияние Интернета вещей и искусственного интеллекта (ИИ) на общество и бизнес. Такая постановка вопросов свидетельствует о том, что скорость, с которой происходят технологические изменения, и их масштаб ведут не просто к смене технологического уклада, изменению рынка труда, но и к перевороту в человеческом мировоззрении.

Искусственные импланты

Автор мирового бестселлера Sapiens Юваль Ной Харари, которого, кстати, тоже пригласили выступить в Давос, спрогнозировал закат эры человека разумного (Homo Sapiens). Он выразил предположение, что мы, возможно, одно из последних поколений Homo Sapiens. «Через век или два Землю будут населять организмы, которые будут так же сильно отличаться от нас, как мы — от неандертальцев или шимпанзе. Ведь в следующих поколениях мы научимся модифицировать наше тело и разум, и это станет главным продуктом экономики XXI века», — пояснил историк. Эти представления кажутся неподготовленному человеку фантастически радикальными, но, если вглядеться в достижения современной науки, то окажется, что тенденции обозначены верно.

ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
Со многими задачами, с которыми раньше справлялись лишь специалисты, прошедшие предварительное многолетнее обучение в вузах и техникумах, теперь справляются программные алгоритмы — нейросети, обученные на заложенных в компьютерах данных. Причём это происходит не только в тех сферах, где требуется математическая точность и заданная последовательность действий, например, на металлургических производствах, но и там, где решающую роль играют творческие навыки. Конечно, жёсткие алгоритмы не способны писать музыкальные и литературные произведения, но искусственные нейронные сети с этими задачами справляются вполне успешно. Они уже научились играть в шахматы, в стратегическую логическую настольную игру «го». Они могут сочинять музыку, писать новостные заметки и даже учатся писать художественные книги. Половина ответов в поисковых системах (Yandex, Google) генерируется не жёсткими алгоритмами, а нейросетями; фильтрация спама в наших электронных почтовых ящиках — тоже результат деятельности обучающихся машинных алгоритмов. Компьютеры начали «понимать» и звук, и изображение. За счёт искусственного интеллекта появляется возможность, общаясь, к примеру, через Skype, понимать, что говорит человек по ту сторону экрана на незнакомом нам языке, так как Skype осуществляет автоматический синхронный перевод речи с сохранением смысла(!) сказанного. Пока ещё не очень уверенно, но с каждым разом всё лучше и лучше. Машины переводят звук в текст, текст — в слова, слова — в смысл и действие. Более того, они даже научились поддерживать беседу на бытовом уровне (Siri от Apple и Алиса от Yandex).

Во всех этих историях интересно, что большинство современных программ пишутся на открытом коде, то есть готовые алгоритмы становятся доступны всем желающим поработать с ними и применить их в собственных разработках. Это ещё одна важная особенность четвёртой революции. Именно демократизация технологий способствует мощнейшему технологическому прорыву и невероятной скорости распространения в мире инновационных знаний.

Робот София — социальный  гуманоид

Сегодня ИИ обрабатывает документы, запросы и комментарии клиентов, автоматизирует процесс закупок, читает проектную документацию, находя возможные расхождения. Он даже раскрывает преступления. Британское Бюро по борьбе с мошенничеством в особо крупных размерах (SFO) впервые применило автоматизированную систему, предназначенную для отбора и индексирования документов и извлечения из них знаний, в деле о коррупции в компании «Rolls-Royce». Результатом явилось раскрытие масштабной коррупционной схемы. Крупные российские компании, такие как «Сбербанк», «Тинькофф банк», «Вымпелком», «Мегафон» тоже активно внедряют ИИ. К сожалению, большинство наших промышленных предприятий оказываются вне этого тренда.

ИИ можно использовать в совершенно разных сферах, и особенно он перспективен в медицине. В частности, при анализе иммунных заболеваний. Например, Microsoft и Adaptive Biotechnologies создают метод анализа крови для расшифровки иммунной системы человека. Он будет сфокусирован на болезнях, диагностируемых на очень поздних стадиях (рак поджелудочной), трудно диагностируемых аутоиммунных заболеваниях (рассеянный склероз) и инфекционных заражениях с периодическими обострениями (болезнь Лайма). И это лишь одна из разработок.

Радуясь открывающемуся перед нами светлому будущему, большинство из нас всё же испытывает тревогу за это самое будущее, в котором господство и «восстание» машин может стать реальностью, а не выдумкой фантастов. И опасения свойственны не только рядовым гражданам, но и самим разработчикам передовых технологий. Илон Маек, миллионер и гениальный изобретатель, после того, как созданный им искусственный интеллект обыграл профессионального геймера, написал в Твиттере: «Если вы ещё не испытываете беспокойства относительно безопасности искусственного интеллекта, то самое время начать это делать. Это — куда большая угроза, чем Северная Корея». Он неоднократно говорил, что человеку придётся искать способ расширить возможности своего мозга с помощью компьютера, чтобы в будущем не отставать от ИИ. Хотя, возможно, такого рода запугивания от Маска — рекламный ход для наилучшего продвижения имплантируемых нейрокомпьютерных интерфейсов, разработкой которых занимается его компания. Есть и другие теневые стороны ИИ, такие как его милитаризация. В данном случае угроза реальна — учёные бьют тревогу.

Искусственный интеллект в медицине

Отдельная тема в разговоре про ИИ — автопилотируемые машины. Ведущие автопроизводители (Toyota, BMW, Volkswagen, Ford и др.) в сотрудничестве со стартапами занимаются созданием автопилота: систем, способных видеть дорогу, различать разметку, дорожные знаки, других участников движения, пешеходов и принимать управленческие решения. Наибольших успехов в этой сфере добилась всё-таки российская компания Cognitive Technologies. В отличие от западных коллег она внедряет технологии, способные адекватно работать не только в идеальных условиях солнечной Калифорнии, но и в тяжелейших условиях России (снег, дождь, отсутствие дорожной разметки и дорожного полотна, преобладание тёмного времени суток и т. д.). Более того, российская компания занимается разработкой систем искусственного интеллекта, способных предсказать развитие всей дорожной ситуации. По мнению президента компании Ольги Усковой, полная роботизация автотранспорта технически будет возможна уже к 2025 году, но всевозможные организационные моменты, связанные с законодательным урегулированием, могут задержать инициативу до 2030-х. Тем не менее, уже сейчас машины с функцией автопилота тестируются на общественных дорогах США, Европы и азиатских стран.

ЦИФРОВИЗАЦИЯ ЭКОНОМИКИ
Всё, что касается развития технологий ИИ, беспилотных автомобилей, робототехники и так далее — всё это у нас отдано на откуп частным компаниям. Государство делает ставку на общую цифровизацию экономики. Помимо прочего, это предполагает перевод всех процессов в формат платформы.

Как работает платформа в совокупности с другими механизмами, являющимися признаками четвёртой промышленной революции, можно рассмотреть на конкретном примере. Логистическая компания Maersk, специализирующаяся на контейнерных морских перевозках, и IBM разрабатывают глобальную цифровую платформу поставок товаров на базе блокчейна. Это подразумевает замену существующей электронной и бумажной системы отслеживания грузов и получения одобрения от таможенных и портовых властей технологией распределённых реестров, что должно ускорить процедуру различных согласований (из-за которых грузы могут неделями простаивать на приёмных площадках) и позволить участникам процесса отслеживать перемещение контейнеров в реальном времени. Цифровизация процесса в итоге сэкономит индустрии грузоперевозок миллиарды долларов. Чтобы помочь клиентам (а это производители, перевозчики, экспедиторы, операторы портов и терминалов, грузоотправители и таможенные органы) осуществлять цифровое отслеживание и перемещение товаров, IBM и Maersk задействовали облачные технологии с открытым кодом, включая ИИ, Интернет вещей и компьютерную аналитику.

Автопилотируемая машина

Первыми пользователями распределённых реестров современной эпохи стали банки и поставщики финансовых услуг. И в этом нет ничего удивительного, так как их базовые бизнес-функции идеально подходят для распределённой природы, прозрачности и неизменяемости системы записей такого реестра. Финансовая отрасль, как никакая другая, нуждается в доверительных отношениях между участниками транзакций, а этому способствует открытость блокчейна и возможность отслеживания перемещения денег в реальном времени. Блокчейн исключает из процесса посредников и регуляторов. Позитивным побочным эффектом этой технологии оказывается невозможность коррупции и мошенничества, так как процессы становятся прозрачными.

Активным пропагандистом блокчейна в России стал Внешэкономбанк. Глава ВЭБа Сергей Горьков считает, что блокчейн — не технология, а «часть стратегии развития новой экономики

России», основными движителями которой, помимо блокчейна, должны стать, по его мнению, квантовые и конвергентные технологии. Именно с этими технологиями «Россия имеет уникальные шансы выйти в мировые лидеры», — заявил он на Давосском экономическом форуме. Данный настрой соответствует установкам российского правительства на цифровизацию экономики и государства.

Глава Сбербанка Г. Греф, выступая на Гайдаровском форуме по принципам работы правительства с 2018 года, раскрыл тему «цифрового государства» и дерегулирования. По сути, речь идёт о государстве, как о платформе. То есть предлагается создать глубоко интегрированную единую цифровую систему госуправления и обеспечить полную доступность к 2024 году всех государственных информационных ресурсов в режиме реального времени, а также «мгновенное» предоставление 50 наиболее востребованных госуслуг.

Гендиректор ООО «Новые облачные технологии» Дмитрий Комиссаров

С перспективностью такого подхода согласен и гендиректор «Новых облачных технологий» — отечественной компании-разработчика платформы «МойОфис» — Дмитрий Комиссаров: «Сейчас меняются правила игры. Влияние на глобальную экономику будут иметь те структуры, которые внедряют платформы цифровой экономики. Интересно будет проследить, как примерно лет через пятнадцать мировой экономикой будут править страны, обладающие основными технологиями и платформами для цифровизации, а остальные окажутся, по сути, странами третьего мира». Как пояснил он в интервью журналу МР, «в современных условиях и под давлением санкций нефть уже не может быть драйвером роста экономики. Самым ценным активом становится информация. Ценность - не только дороговизна, это также и способность влиять на макропроцессы в обществах и странах... Однако же экономика России по-прежнему зависит от фискальной системы и нефтяных цен». Основатель перспективной российской технологической компании убеждён, что «стране нужна экономика знаний, интеллектуальная, которая позволит стратегически распределять ресурсы на благо будущих поколений, в том числе человеческий капитал страны. Сейчас, обладая огромным интеллектуальным потенциалом, мы научились хорошо продавать «головы» программистов и учёных, а права на конечные изобретения и продукцию при этом принадлежат не нам. Высокий передел в четвёртой промышленной революции — как раз интеллектуальная собственность. Наша задача на будущее и, желательно ближайшее, научиться создавать собственные технологические разработки и интеллектуальную собственность».

Изменения, происходящие в технологической среде, открывают множество возможностей, но при этом не оставляют право выбора. Ведь на обочине прогресса никто не хочет оставаться. Технологические революции приводят к трансформации не только технологических укладов, но и к новым формам взаимодействия между государством и обществом, а также вносят изменения в расстановку сил на глобальных рынках.