АФРИКАНСКАЯ СЦЕНА БРИКС

Дата: 
24 февраля 2015
Журнал №: 
Рубрика: 

Текст: Татьяна Дейч, Евгений Корендясов

Организатором круглого стола, посвящённого БРИКС и политике стран этой организации в Африке, выступил Центр исследования российско-африканских отношений и внешней политики стран Африки Института Африки РАН.

 Евгений Корендясов

Один из организаторов события зав. ин к.э.н. Евгений Корендясов отметил новую роль сложившегося объединения пяти стран: «БРИКС стал одним из важнейших мировых центров выработки решений, направленных на реформирование устаревшей финансово-экономической системы, и продемонстрировал готовность координировать свои евразийские интересы в политической и торгово-экономической областях. Создан Деловой совет БРИКС, начинают деятельность Новый банк развития и Пул валютных резервов. Сформулировано более 20 различных форматов сотрудничества между странами-участницами, совокупный ВВП которых (по паритету покупательной способности) составляет 25% мирового ВВП. Примечательно, что Китай по объёму ВВП в 2014 году обошёл США. Страны – участницы БРИКС последовательно выступают за создание качественно новой финансово-экономической архитектуры, глубокого реформирования институтов и механизмов глобального регулирования. Новая архитектура должна исключать гегемонию одной валюты, одной страны или группы стран в мировой финансовой сфере. Можно ли сегодня соглашаться, например, с таким фактом, когда квота Японии в МВФ – 17,4%, на 3,2% превышает совокупную квоту стран БРИКС? Можно ли сегодня считать справедливым ущемление представительства прав восходящих стран на уровне выработки и принятия окончательных решений в институтах глобального управления?

Такая международная ориентация придаёт БРИКС мощную притягательную силу. Вокруг этого объединения формируется своего рода коалиция государств, заинтересованных в реконфигурации мироустройства на основе реалий XXI века.

Запад отходит от скептических, а порой и уничижительных оценок роли и перспектив БРИКС. Напротив, в его позициях всё явственнее просматривается озабоченность, ЕС, например, декларирует намерения развивать отношения со странами БРИКС. Его представители подчёркивают, что в XXI веке продолжения «доминирования атлантического партнёрства будет недостаточно, чтобы ЕС смог отстаивать и продвигать свои интересы. Однако предстоящие годы будут сложными для БРИКС. Темпы развития снижаются, необходимы болезненные структурные реформы, чтобы восстановить стабильный экономический рост».

По мнению оратора, скептики продолжают считать БРИКС чисто умозрительной конструкцией, ссылаясь прежде всего на географическую, политическую, экономическую и культурную разнородность стран-участниц. Эффективность БРИКС ставится под сомнение и в связи с тем, что он не является классическим структурированным объединением. Страны-участницы не связаны общими обязательствами, подлежащими соблюдению.

«На гребне развернувшегося процесса переформатирования системы международных отношений, в связи со смещением центра мирового развития из евроатлантического пространства на азиатско-тихоокеанские просторы возникло немало организаций. Но БРИКС существенно отличается от них тем, что страны-участницы обладают достаточно обширными политическими, экономическими и военными ресурсами – и, стало быть, реальным потенциалом влияния на мировые процессы. Они находятся вне интеграционных или союзнических структур США и НАТО. И главное – они сплочённо выступают за многополярный и справедливый миропорядок, за реформирование институтов и механизмов международного управления. На данном этапе воздействие этих связующих страны БРИКС факторов превалирует над силой разногласий между ними. И формат БРИКС будет, по всей видимости, сохраняться до тех пор, пока его деятельность будет приносить неоспоримые и реальные преимущества каждой из участниц».

По мнению Евгения Корендясова, в свете анализа перспектив БРИКС важно учитывать роль, которую играет и может играть в этом объединении Россия: «Участие России в БРИКС с самого начала было встречено в западных столицах с известной нервозностью. Профессор Нью-Йоркского университета Н. Рубини высказался за исключение России из БРИКС, ссылаясь на неэффективность и коррумпированность её экономики, и предложил заменить её Индонезией или Турцией. Демонизация России в связи с украинским кризисом всё явственнее распространяется и на БРИКС.

Россия, к сожалению, отстаёт по ряду экономических показателей от своих партнёров по БРИКС. Но нельзя не считаться с тем, что у России сохраняется весомое политическое влияние в мире и высокий международный авторитет. У неё огромный экономический потенциал. Россия – неоспоримый лидер среди восходящих стран по объёму ВВП на душу населения. Этот показатель у России выше в 2 раза, чем в Бразилии, в 2,5 раза – чем в Китае, в 6 раз – чем в Индии. Россия занимает лидирующие позиции в оборонной промышленности, в сферах атомной энергетики, космонавтики, металлургии, добычи природных ресурсов.

Россия сыграла ключевую роль в создании формата БРИКС; она дорожит принадлежностью к этой организации, предоставляющей ей возможности адекватно реагировать на новые геополитические и геоэкономические вызовы. В этом контексте – упорное и даже категорическое, как показывают события на Украине, нежелание евроатлантического союза считаться с интересами России на международной арене. Вот почему во многих отношениях Россия ощущает себя в рамках БРИКС комфортнее и увереннее, чем в «Большой восьмёрке», где ей приходилось смиряться с «приставным стулом».

Неоспорима доминирующая экономическая роль Китая в «пятёрке». На него приходится более 55% её совокупного ВВП, преимущественно за его счёт растёт поток инвестиций и увеличивается вес БРИКС в мировой торговле. При этом он стремится особо не выделяться, ссылаясь в том числе на древнекитайскую этику, которая предписывает «сдержанность и скромность» поведения на мировой арене. В реальности китайцы не упускают возможности воспользоваться своими преимуществами, используя их в целях развития и упрочения своего международного статуса».

Ведущий научный сотрудник Института Африки РАН доктор исторических наук Татьяна Дейч продолжила тему БРИКС, не только успешного в экономической сфере, но и пытающегося играть более весомую роль в международных делах: «Страны БРИКС озабочены созданием справедливого мирового порядка, они вносят заметный вклад в решение проблем безопасности.

«Повестка дня» БРИКС включает реформу Совета Безопасности ООН, ответы на кризисы и конфликты. Декларация Форталезе подтверждает неприятие членами БРИКС односторонней военной интервенции, экономических санкций, нарушение норм международного права».

Наряду с этим Татьяна Дейч затронула негативные тенденции, с которыми столкнулся в последнее время БРИКС: «Было отмечено, что в аналитических прогнозах банка Голдман Сакс утверждается: к 2039 году страны БРИКС обойдут шесть ведущих промышленных держав, если будут развиваться теми же темпами, что и в 2000-е. Однако сегодня в прогнозах обращается внимание на проблемы в экономиках стран БРИКС, тормозящие поступательное движение этого актора. В новом десятилетии страны БРИКС замедлили рост; больше других – Бразилия и Россия. Рост Китая также сбавил темпы, хотя страна по-прежнему лидирует по экономическим показателям. Стабильно растёт экономика Индии, хотя и не такими быстрыми темпами, как в предшествующее десятилетие. Обнадёживает инвесторов приход к власти в Индии в мае 2014 года правительства Нарендры Моди, провозгласившего курс реформ. О’Нил, создатель аббревиатуры БРИКС, заявил, что сегодня он сохранил бы две буквы, назвав объединение ИК, поскольку остальные члены группы не оправдывают возлагавшихся на них надежд. Однако «списывать» БРИКС не стоит, ибо он способен изменить ситуацию. Принимаются меры по укреплению сотрудничества стран БРИКС в разных сферах. Деловой совет БРИКС разрабатывает ряд многосторонних проектов, в том числе направленных на улучшение инвестиционного климата стран-членов. Оптимизм внушает создание Нового банка развития и Пула валютных резервов БРИКС.

Доцент кафедры теории и истории международных отношений РУДН кандидат исторических наук Алла Борзова посвятила своё выступление роли Бразилии в БРИКС и итогам саммита БРИКС в Форталезе 2014 года, где была завершена работа по созданию Пула валютных резервов и Нового банка развития: «Как отмечают бразильские политологи, Банк развития – это потенциально важный координационный центр, а также вероятный центр согласования экономической политики, создающий возможности финансирования проектов, которые другие международные финансовые институты, в частности МВФ, не хотят поддерживать». Как заявила докладчик, решение о проведении саммита в Форталезе сыграло важную роль в вопросе президентских выборов в Бразилии: «26 октября состоялся второй тур выборов, и во многом благодаря успешному саммиту в Форталезе Дилма Руссефф опередила соперника и одержала победу. Её соперник Нельсон заявлял, что БРИКС не нужен Бразилии, которая должна ориентироваться на США и ЕС. При другом исходе выборов – а он мог быть иным, поскольку кандидаты набирали почти равное число голосов – членство Бразилии в БРИКС могло оказаться под вопросом». Выступавшая поставила в заслугу бразильскому президенту то, что Бразилия на полях саммита в Форталезе провела ещё один саммит: «БРИКС и стран УНАСУР, где присутствовали 11 лидеров латиноамериканских стран, плюс лидеры Кубы, Коста-Рики и Мексики. Бразилия надеется играть роль моста между БРИКС и УНАСУР, в том числе используя резервы Нового банка развития».

Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН к.э.н. Нина Цветкова обозначила в своём выступлении проблему, связанную с ростом значимости БРИКС, как и растущее присутствие на международных, в том числе африканских рынках транснациональных корпораций сферы информационно-коммуникационных технологий из Индии и КНР: «За 10 лет, в 2004 – 2013 годах, доля четырёх стран БРИК и ЮАР в мировом ВВП увеличилась более чем в два раза: с 9,5% до 21%. И, конечно, БРИКС сохранит своё значение вопреки мнению тех, кто писал, что из БРИКС надо исключить, например, Россию, потому что у неё низкие темпы роста. В целом страны БРИКС заинтересованы во взаимном сотрудничестве, что не исключает для них других векторов сотрудничества. У России была гипертрофированная ситуация в географической структуре внешнеэкономических связей: ориентация на ЕС гораздо большая, чем на СНГ. Преодолевать эту ориентацию на Евросоюз России приходится в условиях санкций, на фоне которых для России резко возрастает значение сотрудничества со странами БРИКС.

Если говорить о компаниях стран БРИКС, то в рейтинге 2000 глобальных компаний Форбс (Forbes), опубликованном в 2014 году, на БРИКС приходится 16% – 320 компаний, в основном за счёт китайских. В списке миллиардеров Форбс за 2014 год – 1645 миллиардеров, из них на страны БРИКС приходится ¼. У России и у Бразилии миллиардеров гораздо больше, чем крупных компаний, которые вошли в списки Форбс. У Бразилии компаний – 25, миллиардеров – 59. У России компаний – 28, миллиардеров – 93. В числе 2000 глобальных компаний Форбс всё заметнее присутствие китайских компаний, Китай занимает по их количеству третье место после США и Японии. В рейтинг Форбс (апрель 2014 года) вошло 207 компаний из КНР, 55 компаний из Индии.

Транснациональные корпорации из стран Востока отличают от западных классических ТНК высокая доля государственных компаний, что особенно характерно для Китая, а также то, что они часто уступают западным ТНК не столько по оборотам и активам, сколько по доле зарубежных операций. ТНК из некоторых стран Востока входят в состав торгово-промышленных групп. Так, в группу Tata в Индии входят компании разных отраслей. Ещё одна особенность ТНК из стран Востока: высокая доля компаний инновационных отраслей. Это производство товаров и услуг сферы ИКТ – электронная промышленность: производство компьютеров, телекоммуникационного, аудио-, видеооборудования. В этой сфере очень большую роль играют Китай и страны Азии в целом. В мировом экспорте компьютерного оборудования доля Китая – 38%.

Из 30 компаний – шесть китайских. Одна из таких компаний – Lenovo, имеющая производственные предприятия в 60 странах, в 160 странах продающая свою продукцию, которая востребована потребителями с низкими доходами и пользуется спросом в африканских странах. Сегодня Lenovo выходит на рынки таких стран, как Нигерия, Кот-д’Ивуар, другие страны Западной Африки.

Индийские компании действуют преимущественно в сфере компьютерных услуг и Business Process Outsourcing. Большие возможности для развития в этой сфере существуют и в африканских странах, потому что они обладают таким преимуществом, как достаточно квалифицированная и дешёвая рабочая сила. Благодаря наличию этой рабочей силы для ИТ-услуг Египет, Тунис, Марокко, Маврикий, Сенегал, ЮАР вошли в список стран, занимающих высокие места по так называемому рейтингу A.T. Kearney (A.T. Kearney Index). Но сегодня это направление – размещение, использование дешёвой рабочей силы – находится под угрозой из-за развития автоматизации, роботизации. Тем не менее, я всё-таки думаю, что роботизация не одержит верх везде и для стран Африки существуют немалые перспективы в развитии аутсорсинга ИТ-услуг, в том числе и в сотрудничестве с индийскими ТНК».

Заведующая центром экономики стран Африки Института Африки РАН к.э.н. Евгения Морозенская посвятила своё выступление проблеме снижения экономического роста в странах БРИКС и Субсахарской Африки: «Наблюдаемое сегодня устойчивое снижение темпов роста сильнее всего затронуло крупнейшие развивающиеся экономики, к числу которых относятся страны БРИКС. По данным консалтинговой компании Capital Economics, начиная с середины 2014 года промышленное производство и потребительские расходы в 19 крупнейших развивающихся экономиках снизились до самых низких после 2009 года уровней. Так, если в третьем квартале 2014 года темп роста экономики Китая в пересчёте на годовые показатели составил 6,8%, то во втором квартале – 7,5%; в Бразилии – 0,3% (в 2013 году – 2,5%), в России в третьем квартале 2014 года – 0,2% (в 2013 году – 1,3%, а в начале 2000-х он доходил до 7%). Только Индия показывает положительную динамику, а России и Бразилии, как считают эксперты, угрожает рецессия, то есть спад производственного уровня, который характеризуется отсутствием роста объёма ВВП или его падением в течение срока, превышающего шесть месяцев. По прогнозам экспертов МВФ, такая ситуация сохранится в среднесрочной перспективе, то есть по крайней мере до конца текущего десятилетия.

Говоря о причинах, механизмах и перспективах экономического роста стран БРИКС и Субсахарской Африки, хотелось бы заметить, что ускоренный рост развивающихся экономик в начале 2000-х годов был вызван в первую очередь притоком иностранного капитала из развитых стран, активным продвижением инноваций, сокращением торговых барьеров и последовавшим за этим ростом занятости. Сейчас эти факторы либо утрачивают свой первоначальный заряд, либо перестают полностью действовать в силу разных причин в разных странах. При этом процесс замедления роста будет происходить всё более неравномерно, в том числе и в странах БРИКС. По прогнозу МВФ, к 2019 году экспортёры промышленной продукции – Китай, Индия – сохранят более высокие темпы роста (до 6%), а экспортёры сырья – Бразилия, Россия и ЮАР – более низкие (до 3%) темпы роста. При этом оба замедления будут взаимосвязаны, поскольку в предыдущие десятилетия рост сырьевых экономик был во многом вызван, прямо или косвенно, ростом спроса со стороны несырьевых стран, в основном Китая.

Согласно среднесрочному прогнозу экономического роста Африки южнее Сахары, озвученному МВФ в октябре 2014 года, по сравнению с другими регионами мира он выглядит довольно оптимистично. Предполагается увеличение темпов экономического роста региона с 3,5% в 2013 году до 3,8% в 2019-м. Этот расчёт основан на предположении, что сырьевая составляющая в экспорте и в экономике этих стран останется на нынешнем уровне. В недавно опубликованном ежегодном докладе WTO Annual Report 2014 основная часть посвящена проблемам развивающихся стран. Доклад отличается от предыдущих повышенным вниманием к возрастающим рискам, которые связаны с расширением участия развивающихся стран в современной системе международных отношений и возрастающей их зависимостью от внешних факторов.

Выступление д.э.н., профессора ИМЭМО РАН Елены Брагиной содержало сравнительный анализ группы БРИКС и международной организации ИБСА, участницами которой являются страны, одновременно входящие в БРИКС: Индия, Бразилия, Южная Африка.

По мнению выступавшей, ИБСА имеет ряд преимуществ в сравнении с БРИКС: «Она не имеет территориальных соседств: все её члены раскинуты по трём континентам. И это колоссальный плюс. Если мы обратимся к БРИКС, то заметим, что граница между Китаем и Индией – это опасная ситуация. Не будем говорить о другой общей границе, которая тоже вызывает много вопросов». Нет ни одной организации, объединяющей ряд стран, в которой бы существовали такие качественные различия между членами организации, как в БРИКС. ИБСА возникла без паблисити, но, в отличие от БРИКС, она получила довольно быстрое оформление. В мире много международных организаций, в которых, кроме встреч, ничего не происходит. ИБСА к таким организациям не относится. Что помогает разумному ведению дел? Первое – это полное отсутствие пограничных конфликтов. Нет столкновений в политической сфере. Это не политическая организация, и в этом её принципиальное отличие от БРИКС, которая переполнена потенциальными политическими конфликтами. И это, конечно, серьёзная угроза».

Говоря о проблемах и угрозах БРИКС, выступавшая акцентировала внимание на амбициях стран-членов, каждая из которых – лидер в своём регионе: «Не знаю, обратили ли вы внимание, что в печати появились фразы «БРИКС во главе с Китаем», «Китайское влияние в БРИКС способствует…». Конкретный пример: «Реформа МВФ. За что идёт основная борьба? За пересмотр квот. Китай увеличивает свою квоту и занимает по её величине третье место после США и Японии. Что касается Индии, то при новом премьере её политика будет меняться. Индия будет бороться за увеличение своего влияния. Хотя Индия по формальным показателям занимает лидирующие позиции в ИБСА, тем не менее, её поведение, надо отдать ей должное, достаточно умиротворяющее».

Далее профессор Брагина отметила расплывчатость целей и ИБСА, и БРИКС. Заметив, что все страны БРИКС, а в ещё большей степени – ИБСА переживают сложный период из-за массовой бедности и задачи тысячелетия по сокращению уровня бедности к 2015 году не будут выполнены, она заявила далее: «Казалось бы, такая организация, как БРИКС, должна была обратить первостепенное внимание на эту проблему. Говорили о социальных программах, но проблема нищеты, проблема бедности – это больше, чем просто социальные проблемы. Уровень бедности отражают колоссальные цифры количества бедных в двух странах – Индии и Южной Африке. Бразилия несколько улучшила положение. Но и в Китае, хотя эта проблема не получает такого освещения, как, скажем, в Индии, она, тем не менее, существует. Более того, в последние два года правительство РФ также обращалось к теме бедности. У нас она оценивается в 11%, но с ходом рецессии может увеличиться. И ИБСА, и БРИКС, называя цели сотрудничества, обращают внимание на внешнюю торговлю, поскольку это проще, чем решать внутренние проблемы. Вольется ли ИБСА в БРИКС, как иногда предполагают? Я выскажу только собственное мнение: думаю, что никогда. Это нереально, потому что будет протестовать Индия. Даже по вопросу создания штаб-квартиры нового банка возникли напряжённые отношения между Китаем и Индией. Так что ИБСА продолжит своё существование как независимая организация. Что же касается БРИКС, то здесь, как мне представляется, возможна более сложная ситуация, если Китай будет продолжать политику утверждения своего превосходства. Сейчас это превосходство выражается в самой уязвимой для других членов БРИКС сфере – финансовой. Обратите внимание, как формируются средства банка: это прежде всего Китай. Внутренние разногласия в БРИКС могут оказаться слишком сильными. Это среднесрочная проблема.

Последний вывод – опасность фрагментации мирового хозяйства. Образование БРИКС и наряду с этим наличие огромного количества уже существующих организаций – это опасность того, что единое мировое хозяйство разорвётся на части».

Старший научный сотрудник Института Африки РАН к.и.н. Вячеслав Усов посвятил выступление африканской политике Индии при правительстве Н. Моди: «С начала XXI века Индия прочно вошла в число основных стран – партнёров Африки. Она вложила значительные средства в разработку минеральных ресурсов континента, совершенствование его инфраструктуры и развитие человеческого капитала. Символы успешного двустороннего сотрудничества – саммиты Индия – Африка. В рамках второго форума Индией были подтверждены раннее данные обещания, в том числе освобождение от пошлин товаров из 34 африканских стран. Индия пообещала 5 миллиардов в виде кредитов на ближайшие три года. Показатель успешности индийской политики – рост товарооборота Индии с Африкой с 3 миллиардов долларов в 2001 году до 70 миллиардов в 2013 году. За почти 50 лет осуществления программы индийского технического и экономического сотрудничества Индией было потрачено не менее 2 миллиардов долларов США на техническую помощь развивающимся странам; большая часть этой суммы пошла на поддержку африканских государств. В числе мер содействия Индии Африке – увеличение до 22 000 квоты приема африканских студентов для обучения в Индии, создание африканского виртуального университета, заявленное в 2012 году намерение построить в Африке более 100 научных инновационных центров, институтов по развитию человеческих ресурсов. Одновременно происходило формирование нового подхода правительства Индии по отношению к диаспоре, которая стала восприниматься как ценный ресурс и преимущество Индии в конкурентной борьбе.

Преимуществами Индии в Африке по сравнению с другими странами группы являются развитые информационные технологии и сектор услуг. Вместе с тем одной из основных проблем для индийского бизнеса в Африке является отсутствие постоянной финансовой поддержки со стороны властей и невозможность соперничества с китайскими корпорациями, имеющими мощную подпитку и дешёвые кредиты со стороны китайских финансовых структур. Создание Банка развития БРИКС видится Индией как возможность для индийских частных компаний: индийские эксперты надеются, что именно Банк может дать возможность индийскому бизнесу обрести финансовую опору в своей деятельности на континенте. Участие в саммите БРИКС в Форталезе в июле 2014 года премьер-министра Нарендры Моди дало хороший старт международной деятельности нового индийского кабинета, на который ещё до официального избрания в мае 2014 года в Индии возлагались самые большие надежды. Очевидно, что сегодня от Моди ждут рывка во всех сферах развития индийского общества, прежде всего в развитии экономики. На африканском направлении успехом должен был стать третий саммит Индия – Африка, который планировался на 4 декабря 2014 года. На этот саммит индийская сторона планировала пригласить представителей всех 54 африканских стран. Предстоящий саммит должен был стать конкурентом регулярных китайско-африканских встреч. Однако в сентябре 2014 года индийское правительство объявило, что им принято решение о переносе саммита на 2015 год; причиной была названа лихорадка Эбола».

Немаловажный вопрос, обсуждавшийся на этом круглом столе: как воспринимают БРИКС страны Запада? Совершенно очевидно, учитывая бурную деятельность БРИКС, в частности, в Африке, что такие государства, как США, которым ранее принадлежала пальма первенства во многих сферах сотрудничества с Африкой, испытывают, мягко говоря, настороженность в связи с появлением на континенте столь успешного конкурента. К этой теме проявил интерес д.и.н. Андрей Урнов (Институт Африки РАН). Выступавший предложил «для начала»: «Давайте не будем ругать и щипать БРИКС. У него масса трудностей, внутренних проблем, но сам по себе тот факт, что он возник, продолжает существовать и набирает силу, – это своего рода чудо. Пожелаем ему успеха». Первый тезис, который, думаю, не должен вызвать споров, – образование БРИКС с самого начала не вписывалось в исповедуемую США концепцию однополярного мира. Существование этого объединения объективно препятствует реализации глобальных гегемонистских планов Вашингтона, что признаётся исследователями и наблюдателями. В официальных документах и высказываниях американцы тему БРИКС старательно обходят. Их можно понять. Ставить под сомнение право участников БРИКС действовать совместно Вашингтон не может. Радикально изменить сложившуюся реальность он тоже не в состоянии. В августе 2014 года президент Обама дал интервью журналу Economist. Корреспондент задал ему наводящий вопрос: БРИКС решил создать свой банк. Этот институт является «параллельным системе» (имеется в виду МВФ, ВБ и прочим) и «потенциально может оказывать на неё давление, а не встраиваться в неё. Это существенно?» Президент ответил, что да, это существенно, но больше ничего не добавил. Говорил о Китае, что в отношениях с ним нужно проявлять «достаточную твёрдость», что «Китай умеет настойчиво проталкивать свои интересы до тех пор, пока не встречает сопротивления», и что «простых призывов к соблюдению международных норм здесь недостаточно». Тем не менее, автор одного из комментариев к этому интервью, некто Николас Бонней, усмотрел в том, что говорил президент США, «угрозу» БРИКС. В подтексте – да. Но через Китай, а не непосредственно в адрес БРИКС.

Теперь возьмём небезызвестную Джен Псаки. После саммита в Бразилии её активно атаковали корреспонденты по поводу заданного Обаме вопроса о Банке развития. И вновь уклончивый ответ: БРИКС – это форум, на котором «ведущие восходящие экономики обсуждают общие для них экономические вопросы». «Форум для дискуссий». Политические оценки отсутствуют. Говорится лишь, что США имеют отношения со всеми странами БРИКС и «тесно с ними работают». «Никаких специальных комментариев или обеспокоенности по поводу саммита» у неё не нашлось. Так что, как мне кажется, американцы вполне сознательно и осмотрительно открыто перчатку БРИКС пока не бросают.

О двусторонних отношениях США с государствами – участниками БРИКС. Сейчас в СМИ масса статей о том, что двусторонние отношения США с этими государствами если не испорчены, то портятся. Пример – статья «Как Обама потерял друзей и влияние в БРИКС», написанная в апреле 2014 года Эдвардом Брюсом. О России сейчас говорить не приходится. С Китаем тоже достаточно ясная картина, особенно после «разворота» США в Азию. Хотя в целом отношения более спокойные. «Наезжать» на Китай, как на нас, Обама не решается. Победа «Бхаратия Джоната» во главе с Н. Моди расценивалась обозревателями как поражение США. Вспоминали, как Моди когда-то не пустили в США, а он, в свою очередь, заявил, что интереса к посещению США у него нет, разве что для участия в заседании Генассамблеи ООН. Но в июле 2014 года в Дели состоялся пятый индийско-американский стратегический диалог с участием Керри. В сентябре Моди посетил США и провёл переговоры с Обамой. Речь шла о расширении стратегического партнёрства. Урегулирован спор по соглашению ВТО – США пошли на уступки. Известно об отказе Дилмы Руссефф поехать в 2013 году в США в связи с обвинениями американцев в шпионаже за ней. На президентских выборах Соединённые Штаты поддерживали противника Руссефф. Тем не менее, в июне 2014 года Обама объяснился с Руссефф по шпионским делам, в октябре 2014 года США и Бразилия урегулировали давний спор по поводу субсидирования американцами своих производителей хлопка. Из пяти членов БРИКС наиболее спокойные отношения у США именно с ЮАР, хотя там тоже есть свои проблемы.

Нет сомнений в том, что США сделают всё, что смогут, для подрыва БРИКС, разжигания противоречий между его участниками, создания трудностей для реализации планов БРИКС, в том числе по банку. Россиянам отрадно записать в актив БРИКС действия в поддержку России. Конечно, было бы лучше, если бы они проголосовали против антироссийской резолюции в ООН, но уже за то, что они воздержались, им надо сказать спасибо. Плюс осуждение санкций против России. Плюс несогласие с попытками Запада не допустить Россию к участию во встрече «Большой двадцатки» в Брисбейне. США не нравится БРИКС, они будут пытаться его подорвать, но я надеюсь и думаю, что вы мои надежды разделяете, им это не удастся».

Важное место в дискуссии заняли вопросы сотрудничества БРИКС и отдельных его членов с Африкой в различных сферах экономики. Старший научный сотрудник Института Африки РАН к.э.н. Зинаида Новикова отметила: «БРИКС остро заинтересован в освоении бокситовых ресурсов Африки. В африканских бокситах нуждаются Россия, Китай и Бразилия. В выступлении я сосредоточусь на Китае. Заинтересованность Китая в бокситах объясняется бурным развитием в стране алюминиевой промышленности при отсутствии внутренней сырьевой базы и необходимого энергетического обеспечения производства алюминия, отличающегося высокой энергоёмкостью. Китай занимает лидирующие позиции на мировом рынке алюминия, производя около 18 миллионов тонн в год (40,6% мирового годового объёма).

Однако алюминиевая промышленность Китая сталкивается с двумя трудностями. Первая – сырьевой дефицит, вторая – растущие цены на электроэнергию. При сохранении существующих темпов производства алюминия у Китая возникает необходимость искать новые источники сырья за пределами страны. В Африке сосредоточено около трети известных мировых запасов бокситов. Главная кладовая – Гвинейская Республика (26,5% мировых запасов). Обладателями бокситов являются Камерун, Гана, Сьерра-Леоне; ещё ряд стран. Китай прилагает активные усилия для внедрения в добычу бокситов в Гвинее. Достигнута договорённость китайской государственной корпорации Power Investment с гвинейским правительством о намерении вложить 6 миллиардов долларов в строительство боксито-глинозёмного комплекса. Китай также заявил о намерении предоставить около 5 миллиардов долларов на строительство портов, железных дорог, электростанций. Помимо сырьевого дефицита препятствием к развитию алюминиевого производства являются энергетические проблемы. Основа топливно-энергетического баланса Китая – уголь, на который приходится около 70% потребляемых энергоресурсов. Другие источники – нефть (18%), гидроэнергетика (7%) и природный газ (около 5%). Треть алюминиевых предприятий Китая получает энергию от электростанций, работающих на угле. Эти заводы нерентабельны из-за больших энергозатрат. Китай наращивает добычу природного газа и ищет возможности подключения к заграничным энергосистемам, в частности к российской. Не оставляет он без внимания и Африку. Перспективна организация алюминиевого производства в Нигерии, ДРК, Танзании, Замбии, Мозамбике».

Старший научный сотрудник Института Африки РАН к.и.н. Галина Сидорова посвятила выступление проблемам миротворческой деятельности БРИКС в Африке, освещая участие в урегулировании конфликтной ситуации в Конго: «По мнению конголезцев, БРИКС – очень важная организация; они надеются, что она будет существовать, и рассчитывают на неё как на некий противовес США. Пока иного противовеса давлению США они не видят. Участие нашей страны весьма ограниченно. БРИКС как объединение не проявляет себя в стране; можно говорить об отношениях с Конго отдельных его членов, в первую очередь Китая. Китайцы наращивают здесь присутствие. В политику они, как правило, не вмешиваются. Они поддерживают инфраструктуру, восстанавливают разрушенные хозяйства. Китайское присутствие ощущается и в военно-технической области. Китайские эксперты готовят старший офицерский состав, поставляют технику. Данные по военно-техническому сотрудничеству и экономике в целом закрыты. Бразилия присутствует в Конго, но не в такой степени, как Китай. Ощутимо влияние ЮАР, которая имеет интересы в экономической, политической, культурной областях.

Хотя миротворческая миссия ООН находится в Конго с 1999 года, очевидного прогресса не достигнуто, поскольку на востоке страны действуют около 50 бандформирований. Миссию часто обвиняют в пассивности. Президент не раз заявлял с трибуны ООН, что миротворцы занимаются не тем, чем надо, от них только вред. Конголезцы считают, что миротворцы должны решать за них все проблемы; они порой забрасывают ооновские базы бутылками с зажигательной смесью, совершают акты вандализма. В ходе поездок по стране я убедилась, что миссия всё же содействует урегулированию, но все проблемы она решить не может. Резолюция СБ ООН 2098 от 28 марта 2013 года в корне поменяла полномочия миротворцев. Была организована бригада оперативного вмешательства – дополнительный воинский контингент из миротворцев ЮАР, Малави и Танзании, который возглавляет танзанийский генерал. Проблем много. Тем не менее, бригада оперативного вмешательства сделала очень большое дело: в ноябре 2013 года была разгромлена бандитская группировка М-23.

Возвращаясь к БРИКС, следует сказать, что конголезцы видят в ней определённую силу, рассчитывают на неё. И даже если от этой организации отпочкуется Бразилия, может быть, ЮАР и останется блок Россия – Индия – Китай, это будет всё равно противодействие американцам».

На вопрос из зала «Есть ли в ооновской миссии российские представители?» Галина Михайловна ответила: «Что касается присутствия российских военных, то есть «голубых касок», там их нет в настоящий момент. Есть российские наблюдатели, которые передислоцировались из Киншасы на восток в г. Гома, административный центр провинции Северное Киву. Были полицейские, сейчас их нет».

Своеобразным заключением может служить вывод, сделанный одним из модераторов круглого стола Евгением Корендясовым: «БРИКС не устраняет разногласий, конкуренции и соперничества между странами-участницами, и России приходится считаться с этим при отстаивании своих интересов. Используя принадлежность к БРИКС, свои интересы стараются продвинуть Индия, Бразилия и ЮАР. Однако при этом все стороны стремятся к консенсусу, к координации действий на стратегически важных направлениях. Упрочение сплочённости стран БРИКС должно занять центральное место в работе саммита в Уфе в июле 2015 года. В соответствии с традициями саммитов БРИКС в повестку дня уфимской встречи по формуле outreach будут включены рабочие заседания глав государств – участников БРИКС с лидерами стран ШОС. Как известно, в ходе саммита БРИКС в Дурбане (ЮАР) в июле 2013 года состоялись встречи с лидерами африканских государств, а в Форталезе (Бразилия) в 2014 году – с главами латиноамериканских стран».