ПОЛЬСКИЙ ВОПРОС

Дата: 
02 мая 2015
Журнал №: 
Рубрика: 
Пикет у посольства Польши в Москве против министра иностранных дел Польши Г. Схетыны, который поставил под сомнение факт об исторической роли Советской армии в освобождении концлагеря Освенцим. 2015 г.

Текст: Анастасия Середа

70-летие Победы каждая страна встретит по-разному: кто-то будет чтить память предков, кто-то искать новую историческую правду, а кто-то стараться переформатировать историческое сознание всего мирового сообщества. Уже много десятилетий идёт польско-российская война за память о Второй мировой. В связи 70-летним юбилеем Победы СССР во Второй мировой войне МИД Польши вышел на новый виток информационной атаки. Как найти выход из сложившейся ситуации, разбиралась корреспондент «МР» Анастасия Середа.

Генерал Г. Гудериан и комбриг С.М. Кривошеин во время передачи города Брест-Литовска частям Красной Армии. 22 сентября 1939 г.

Чтобы понять разницу между русским и польским восприятием Второй мировой войны, нужно обратиться хотя бы к дате её начала. Социологическое исследование Всероссийского центра изучения общественного мнения показало, что всего 22% россиян верно называют дату начала Второй мировой – 1 сентября 1939 года. Школьные знания надолго отпечатали дату 22 июня 1941 года как начало нашей, Отечественной войны, тогда как 1939 и 1940 годы малозначимы для россиян. Для поляков же их война началась в сентябре 1939 года:  1 сентября напала Германия, 17-го начался освободительный поход Красной армии на Западную Украину и Западную Белоруссию, входивших в состав Польши в соответствии с Рижским мирным договором 1921 года, что в польской историографии расценивается как нож в спину. В этот день, пишут польские учебники по истории, советские солдаты вторглись (!) на территорию Польши. 22 сентября произошла торжественная передача города Брест-Литовска германским командованием советскому, вслед за чем последовал совместный парад вермахта и РККА (во всех польских учебниках утверждается, что парад действительно был совместным). Действо происходило согласно советско-германскому протоколу об установлении демаркационной линии на территории бывшего Польского государства (здесь стоит напомнить, что в 1938 году поляки, как и Гитлер, аннексировали часть территорий у Чехословакии). В российской и белорусской историографии парад в Брест-Литовске называют «мифом» и доказывают, что парада вовсе и не было: немецкие колонны маршем выходили из города, а когда они ушли, прошла советская колонна.

Первый экземпляр решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г.

Следующее событие, покрывшее чёрной пеленой сознание поляков, – это Катынский расстрел. Как видят его жители Польши: «тройка НКВД» вынесла смертный приговор 14 542 польским военнопленным по обвинению в совершении государственных преступлений. 3 марта 1940 года народный комиссар внутренних дел Л.П. Берия предложил Политбюро ЦК ВКП(б) расстрелять 14 700 поляков. Через два дня было принято решение о расстреле. После обнаружения массовых захоронений в Катынском лесу в 1943 году советскими войсками была создана комиссия Николая Бурденко, которая провела собственное расследование и дала  заключение, что польские граждане были расстреляны в Катыни в 1941 году немецкими оккупационными войсками. Советско-польские дипломатические отношения были разорваны. И затем на протяжении многих лет Катынский расстрел осложнял советско-польские, а затем и российско-польские отношения. В 1990 году руководство СССР официально признало ответственность НКВД за трагедию. В 2010 году президент России Д.А. Медведев заявил: «Катынская трагедия – это следствие преступления И. Сталина и ряда его приспешников. Позиция российского государства по этому вопросу давно сформулирована и остаётся неизменной».

Казалось бы, заявления российского президента и Государственной Думы «О Катынской трагедии и её жертвах» от 26 ноября 2010 года должны были поставить точку в польско-российских спорах, однако поляки начали педалировать новую проблему – это так называемая Августовская облава, событие, которое претендует на роль второй Катыни. Это военная операция, в результате которой в июле 1945 года в северо-восточной части Польши советскими войсками во взаимодействии с Гражданской милицией и Управлением общественной безопасности Польши, при участии других польских организаций были задержаны польские граждане, которые подозревались в пособничестве польскому антикоммунистическому подполью. Польская сторона пишет, что они были расстреляны без судебных разбирательств. Однако документальных подтверждений вышеуказанному ни с той, ни с другой стороны нет. В архиве ФСБ нашли лишь шифротелеграмму начальника Главного управления контрразведки СМЕРШ Виктора Абакумова наркому внутренних дел СССР Лаврентию Берии от 21 июля 1945 года, в которой говорилось, что «арестованных на 21 июля с.г. числится всего лишь 592 чел., и задержанных, которые проверяются, 828 чел. У арестованных бандитов в лесах в тайниках изъято 11 миномётов, 31 пулемёт, 123 автомата, винтовки, пистолеты и гранаты и 2 радиостанции».

Командир всех лесных отрядов Белостокского округа АКО, майор З. Шендзеляж

Упомянем и о причинах облавы. Весной и летом 1945 года партизанами округа по приказу командира всех лесных отрядов Белостокского округа AKO майора Зигмунта Шендзеляжa были расстреляны сотрудники НКВД, солдаты Красной армии и многие другие. Среди формирований майора Зигмунта Шендзеляжa был распространён его приказ о том, что советских военнослужащих в плен брать запрещено – при захвате их необходимо уничтожать на месте. Таких «командиров» было несколько. На примере Зигмунда Шендзеляжа можно увидеть современную позицию властей Польши. Зигмунд Шендзеляж, отряды которого в 1945 году расстреливали советских военнослужащих (имеются данные о его причастности к массовому убийству литовцев Дубингяй и расстрелам советских военнопленных), в 1988 году был посмертно награждён президентом Польши в эмиграции высшим орденом Польши Золотым крестом Виртути Милитари, посмертно реабилитирован польским судом в 1993 году и награждён Большим крестом ордена Возрождения Польши в 2007 году президентом Лехом Качиньским. Хороший пример тому, как правительство Польши меняет историческое сознание целого поколения! Начиная с 1988 года Зигмунда Шендзеляжа, причастного к массовым убийствам, считают героем.

При этом забыто, что более 600 тысяч красноармейцев погибли, освобождая Польшу! Тогда, в ходе наступления, советские войска освободили из фашистской неволи десятки тысяч граждан различных национальностей. К 15 февраля 1945 года на сборно-пересыльных пунктах 1-го Украинского фронта было зарегистрировано почти 50 000 освобождённых. Однако теперь об этом не только перестали вспоминать с благодарностью, но и начали целенаправленно замалчивать этот факт. Что ж, у поляков и россиян разная память: одни чувствуют себя жертвами, другие – освободителями. Отсюда и разное начало войны, и разная значимость наиболее важных событий Второй мировой войны: у поляков 17 сентября и Катынь, у россиян – Сталинград и Берлин.

Катынь. Массовые убийства пленных офицеров польской армии и граждан. 1940 г.

В начале 2015 года российскую общественность возмутили высказывания главы МИД Польши Гжегожа Юлиуша Схетыны о концлагере Аушвиц-Биркенау. Министр считает, что его освободили украинцы. В эфире радиостанции «Polskie radio» он заявил: «А может, лучше сказать, что это был 1-й Украинский фронт и это украинцы освобождали, потому что в тот январский день они там были и они открывали ворота концлагеря?» Из уст выпускника философско-исторического факультета это звучит как минимум некомпетентно. Да, 1-й Украинский фронт наравне с 1-м Белорусским действительно освобождал концлагерь, но это не значит, что в составе Украинского фронта были только украинцы, а в составе Белорусского – белорусы. Возможно, тогда и Красное море действительно красного цвета? Пожалуй, министр иностранных дел ошибается. Ведь в состав того самого Украинского фронта вошла 59-я армия, переброшенная в Польшу из Выборга. В официальном заявлении МИД России говорится, что до ноября 1943 года 1-й Украинский фронт назывался Воронежским, а до этого Брянским. Хотя даже этот факт не может иметь значения, ведь тогда все эти люди были гражданами одной великой державы, которая вела борьбу против общего врага. Впрочем, на этом высказывания Гжегожа Схетыны не закончились. Позднее в эфире радиостанции RMF FM он предложил перенести празднование Дня Победы из столицы России в столицу Германии. «Почему мы так легко привыкли к тому, что Москва – это место, где чтят окончание военных действий, а не Лондон или Берлин, что было бы ещё более естественным?» – сказал он. В ответ глава МИД России Сергей Лавров назвал эти высказывания «кощунственными» и «циничными».

Памятник Советско-Польскому Братству по оружию в Варшаве

Кроме высказываний главы польского МИДа есть и другие проявления информационной атаки на историческую память о Второй мировой войне. Так, депутат польского Сейма Ярослав Зелиньский внёс законопроект об объявлении 12 июля Днём памяти жертв Августовской облавы 1945 года. Мы уже писали о том, что в Польше её именуют «малой Катынью» или «второй Катынью». В ответ Росархив опубликовал новые документы о деятельности польского подполья в 1944 – 1945 годах. «Мы действительно долго думали, публиковать эти документы или нет. Может быть, не нужно было торопиться с сайтом, а подождать, когда появится многотомник. Но задели за живое, мягко говоря, странные польские официальные экскурсы в историю: то Освенцим освобождали украинцы, то съезжаться праздновать Победу надо не в Москву, а в Гданьск! Руководство современной Польши отрицает вклад в разгром фашистов красных поляков и считает героями только белых», – рассказал в интервью «Российской газете» руководитель Росархива Андрей Артизов.

Ещё один факт, который нельзя не упомянуть, – нежелание варшавских властей вернуть в столичный район Прага памятник советско-польскому братству по оружию. За это решение проголосовал 51 польский депутат, против были только двое. Памятник раньше находился на Виленской площади и был демонтирован в 2011 году в связи со строительством метро.

Все эти факты свидетельствую о желании Польши переформатировать память европейцев о Второй мировой войне, создать новые символы и нивелировать роль СССР и его преемницы РФ в победе над фашизмом.

Что думают российские эксперты в сложившейся ситуации?

Доктор исторических наук Олег Назаров (Зиновьевский клуб МИА «Россия сегодня»): «Хватит молчать. Это не тот случай, когда молчание – золото. На хамство польской стороны надо реагировать быстро, жёстко и аргуентированно… западные партнёры должны понимать, что любой брошенный в наш огород камень превратится в бумеранг и вернётся обратно тому, кто этот камень бросил».

Заключённые концлагеря Освенцим приветствуют своих освободителей – солдат Красной армии. 1945 г.

Доктор исторических наук Оксана Петровская (Российский институт стратегических исследований): «Российско-польские споры о событиях Второй мировой войны то обостряются, то затухают. И зависит это напрямую от политической конъюнктуры. Сейчас в целом тренд для России не позитивный. Обращение к событиям прошлого выставляет россиян врагами, более коварными, чем немцы, что, несомненно, осложняет дальнейшие взаимоотношения России и Польши». Эксперт акцентирует внимание на данных польского социологического опроса 2014 года, который зафиксировал ухудшение российско-польских отношений. «Он показал, что отношения оцениваются сегодня поляками как наихудшие с конца 80-х годов. 65% поляков считают их плохими, и только 3% считают их хорошими… Необходимо усилить диалог», – отметила Петровская.

Искандер Валитов (Зиновьевский клуба МИА «Россия сегодня») предложил углубиться в проблему, чтобы найти отправную точку изменения историко-психологического сознания: «Необходимо сфокусироваться в ответе на вопрос: когда у поляков сложилось впечатление, что они духовно выше русских?».

Государственный флаг Польши над освобождённой Варшавой. 17 января 1945 г.

Лариса Лыкошина (Институт научной информации по общественным наукам РАН): «Величина и богатство нашей страны, дух нашей страны не позволят нам опуститься на мелкопомещичий уровень… Я думаю, что, раз поляки готовы к «перезагрузке матрицы», пусть они этим и занимаются. Мы им мешать не будем. У нас есть наша задача, у нас есть наша страна, имя которой звучит гордо и будет звучать гордо».

В целом эксперты сходятся во мнении, что Россия должна сделать всё возможное, чтобы прекратить ревизию в Польше и на всём Западе в вопросах, касающихся Второй мировой войны, и прежде всего роли в ней СССР. Масштабы использования интерпретаций Второй мировой войны в условиях сильнейшего информаци-онного противостояния превращают формирование памяти о ней в задачу государственной безопасности РФ.

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Школьник Егор Никитин благодаря сайту «Мемориал» узнал о судьбе пропавшего без вести в 1942 году прадедушки – рядового Александра Кройтора. Никита вместе со своей семьёй со временем вышел на контакт с сотрудниками польского музея в городе Конски. Оказалось, что прадедушка погиб в концлагере для военнопленных. Семья решила побывать на братской могиле близ селения Барич в окрестностях города Конски. Эта история могла бы стать одной из… но для нас она имеет особое значение. Семья Никитиных оказалась первой за послевоенное время, которая нанесла визит в этот город на захоронение своего предка. Теперь на месте концлагеря муниципалитет построит памятник. Это будет секция забора с колючей проволокой, а табличке – имена погибших и надпись «Слава павшим бойцам Красной армии".